В мире безграничного могущества Люцифера, воля человеческая теряет свой звездный сияние. Каждое действие теперь цепляется за тонкую ленточку желаний и влечений — того, что достойно вознаграждения. В этом зале диких мгновений и безумных размышлений Люцифер задает вопрос: "Зачем ты это сделал?", не обращая внимания на ужасающий тон громкого голоса, который мог бы пугать обычного человека....
Пусть она и не помнила, как тут оказалась, откуда вышла и куда должна была прийти. О том, что посторонний мужчина не должен целовать, знала. Стоило аккуратно высвободить руку, но Альма этого не сделала.
— Ринар.
— Ринар? — глаза девушки расширились. Ей показалось… На долю секунды показалось, что это имя ей знакомо. Правда надежда быстро погасла — вспомнить, откуда оно может быть знакомым, Альма не смогла.
— Да, душа, — согретой уже ладони коснулся очередной поцелуй.
— Что вы делаете здесь? — когда в разговоре наступила пауза, сердце Альмы почему-то защемило.
— Кое-что искал.
— Нашли?
— Уже нашел.
— Что? — девушка оглянулась по сторонам, пытаясь понять, что же заставило нового знакомого бродить по лесу в одиночку."
"— Тебя, — мужчина улыбнулся, склонив голову.
Альма должна была что-то ответить, хотя бы руку выдернуть, чтоб не думал, что ее так просто очаровать, но она вдруг растеряла все слова.
— Ты совсем замерзнешь, птичка, — мужчина в очередной раз поцеловал нежное запястье. — Идем.
— Куда? Я же сказала, что не помню, откуда и куда шла…
— Я живу неподалеку. Согреешься, поешь, а потом попытаемся вспомнить.
Ринар видел, что она напряглась. Как бы он ни пытался сдержаться, получалось не слишком удачно. Наверняка напугал.
— Вам можно доверять, мой лорд? — девушка посмотрела серьезно.
А он был совсем неблагонадежен. Держался из последних сил, лишь бы не сжать в объятьях, не зацеловать, тут же не огорошить признанием в любви.
Он помнил все. Вот уже три года жил, помня все и разыскивая ее. На этот раз партию-жизнь разыгрывали со времен, предшествующих его помолвке с Наэллой. Помолвке, которой уже не суждено было состояться.
За это время он успел побывать на войне, вернуться, обыскать все окрестные обители, в которых не было его Души, вновь поручить Аргамону заняться поискали кальми, теперь уже не объясняя причин.
Когда-то он ждал долгих пятьдесят лет пробуждения своей мнимой любви. Но только на этот раз осознал, что такое сгорать от ожидания. Выть от нетерпения, отчаиваться и вновь обретать веру в себя и в нее. Мечтать о ней, грезить ею, готовиться к противостоянию со всем миром ради нее.
А сегодня… Его просто потянуло на эту опушку.
