В зале священников и придворных царила напряженная тишина, в то время как я стояла на алтаре. Мое волнение сменилось тревогой, когда я поняла, что моего избранника не будет на церемонии — он болен и не сможет принять наследие своего королевства. Это оказалась последней каплей для меня: мне предстоит сама стать новой императрицей, независимо от семейного горя....
В моём положении было уже неважно, кто и почему предложил помощь. Главное, что в этом мире был кто-то, способный мне её оказать. Хотелось верить, что он был не один. Что Люций жив и здоров, пусть и где-то далеко и не планирует возвращаться. Как я ни старалась убедить себя в этом, сердце не успокаивалось. Мне необходимо знать, что с ним всё в порядке. Жить дальше с мыслью, что моего сказочника больше нет… было невыносимо. Поэтому я дала себе зарок подождать ещё пару дней, вдруг о нём появятся какие-нибудь вести, и только затем написать брату.
Филипп сдержал слово и избегал меня под любыми предлогами. При дворе активно обсуждали внезапное нападение фракийцев, но ответных мер принимать не спешили. Вестей о тех, кто попал в засаду и не вернулся, не было. Я все губы искусала, томясь ожиданием. Всё надеялась, что непременно найдётся хоть кто-то, кто видел братьев-дикейцев живыми после происшествия.
Единственным человеком, помимо Иви, кто обеспокоился моим душевным состоянием, оказалась та самая фрейлина правительницы — Розалия.
По прошествии двух суток я совсем отчаялась и решила, что хороших новостей ждать не стоит.
Голубь с посланием выпорхнул из моих рук и полетел далеко-далеко, к самой линии горизонта. На землю спускались сумерки, а в небе загорались первые, едва заметные звёзды. Именно тогда я увидела двух всадников, приближающихся ко дворцу с севера. Двух…
Глава 16. Допрос с применением силы
Люций
Я, конечно, знал, что Филипп не самый лучший из представителей высших, но не думал, что он способен опуститься до предательства.
