Автор
В мире нереалистичной точности и таинственности, где каждая ложка дает новую загадку, Два дня захватывает читателя с первой страницы. Столь реалистичный мир дополняется мрачной атмосферой, создаваемой скрытыми опасностями и тайными связями, что читатель не может удержаться от стремления узнать больше о загадочных персонажах....
И могла наговорить такого, от чего и у нормального человека поехала бы крыша. Без разницы, правда это была или нет.
– И что, ты думаешь, она могла наговорить в ту ночь Инману?
– Его больше всего задевало… Я хочу сказать, что большинство его обвинений касались секса: «Сколько грязных членов ты облизала сегодня, шлюха? Кто сегодня тебя трахал, потаскуха?» Если Инман не обвинял Бонни в разврате, то говорил, что она слишком страшная, чтобы на нее кто-то позарился. Что она просто подстилка, втыкуха. Он так часто обзывал ее – «втыкуха».
– Ты считаешь, что терпение Бонни могло лопнуть?
– Я прямо слышу ее, парень. То есть я не слышал, что она говорила. И точно не знаю. Но я отлично представляю, что она могла ему выдать. Примерно следующее: «Хочешь знать, что я сегодня делала? Сначала я отсосала у какого-то залетного кобелька. Потом меня три раза трахнул Хьюстон. Затем меня отымел в задницу Демарко. А после ланча я выцедила член Демарко и вылизала зад Хьюстону». И все в таком духе. Бонни могла быть очень грубой и бесстыжей на язык.
Моби теперь сидел, весь сжавшись в страдании, крепко прижимая кружку к груди."
"Демарко сделал несколько глотков кофе. Это был только второй его стакан кофе за утро. Но во рту у сержанта уже скопилась такая горечь, будто он выпил целых пять чашек и желудок в знак протеста начал выбрасывать в горло терпкую кислоту.
С этой мыслью сержант снова покосился на Моби. Маленький человек в слишком большом для него костюме, с торчащей в разные стороны щетиной, одинокий и отчаявшийся, из последних сил пытающийся сдержать слезы.
– Тебе не следует спать тут с выключенным обогревателем, Моби, – сказал ему Демарко.
Ответ на свой вопрос сержант прочитал в мрачных влажных глазах: «А тебе не все ли равно?»
– Я могу отвезти тебя в одно место в Эри, если захочешь. Это что-то типа приюта. У тебя там будет своя комната. Но вокруг будут другие люди. И там все друг за другом присматривают и ухаживают.
– Вы хотите сказать, что я уже и позаботиться о себе не в состоянии? Может, я просто не хочу.
