В душном транспорте я сидела, ожидая собеседования, когда таксист вдруг объявил о форс-мажоре — нужно было помочь жене, у которой начались роды. Вопросы и неясности заполнили меня, пока я не поняла, что оказана в центре непредвиденных событий, где каждый день становится ключом к сокровищу - Я....
Мне действительно хотелось пообщаться с кем-то более вежливым, чем мой начальник, а Герман, с интересной фамилией Квон, производил впечатление такого человека.
— Пойдемте, — засуетился мужчина, — я вызову лифт.
Он обогнал меня, нажал на кнопку возле дверей лифта и скромно встал в стороне. Я подавила желание хихикнуть.
В лифт он запустил меня первой, галантно указав рукой.
— Прошу, Анна. По дороге я расскажу вам о нашей сети отелей.
Мы поехали вниз.
— Конечно, Герман. Буду рада послушать.
Пухлячок снял очки и протер стекла.
"— Вы, наверное, в курсе, что наши отели ужасно популярны? Все началось с одного человека и маленькой гостиницы, которую он выкупил очень давно. Человека звали Яков Андреевич. Он мечтал, чтобы люди не просто снимали комнату для ночлега, а приходили и отдыхали душой и телом. Поначалу он лично мыл полы, чтобы ни одна соринка не смогла испортить имидж и заставить кого-то усомниться, что именно эта гостиница— лучшая если не убранством, то, как минимум, чистотой и обслуживанием.
Я едва не прыснула, представив того седого дядюшку со шваброй в руках. Герман продолжал вещать, не обращая внимание на то, насколько я по-дурацки улыбаюсь.
— И это дало свои плоды! Люди начали чаще выбирать гостиницу Якова Андреевича, чем другие. Не каждому будет приятно… ну, вы же знаете проблемы недорогих гостиниц. Недостаточно чистое постельное белье. Никто не заглядывает под матрасы годами. Рваные полотенца. Грязь в углах, или плохо протертое зеркало. Кто смотрит на плафоны люстры или светильника, как думаете? Как давно вы протирали дома батарею, или отодвигали шкаф?
Я моргнула.
Двери лифта распахнулись. Мы вышли в холл.
— Удивительно, на сколько вещей люди могут закрывать глаза, — продолжал Герман, — но, в то же время, удивительно то, насколько быстро они привыкают к хорошему. К Якову Андреевичу начали приходить чаще. Через некоторое время он уже смог нанять уборщиц, и продолжал просто контролировать чистоту в номерах, а сам занялся дизайном.
— Герман Квон! — прервал нас внезапно капризный голос.
Пухлячок затормозил. Я тоже. На нас смотрела девушка с ресепшена и достаточно гадко улыбалась. Та самая, которая обсуждала меня по телефону с кем-то.
— Да, Ярославна? — Герман поправил очки, воззрившись на нее.
Она закатила глаза и вздохнула.
— Что «да?»? Ты помнишь, что обещал мне еще месяц назад?
— Помню, — хмыкнул Герман.
