В душном транспорте я сидела, ожидая собеседования, когда таксист вдруг объявил о форс-мажоре — нужно было помочь жене, у которой начались роды. Вопросы и неясности заполнили меня, пока я не поняла, что оказана в центре непредвиденных событий, где каждый день становится ключом к сокровищу - Я....
Выглядел он уже не на сорок. Максимум, на тридцать три. Особенно с легкой щетиной.
— Привет! — он помахал мне рукой, доставая посуду, — пицца, это здорово, но я пас."
"— Почему?
— Мне на пробежку еще, — он таинственно улыбнулся, — на полный желудок бегать тяжело.
— Мне больше достанется! — облизнулась Танюха, — а в коробке что у тебя?
— Подарок начальнику, — хмыкнула я,и они оба переглянулись, — на день рождения.
— Аааа, — синхронно протянули они.
— А то я еще подумала, что ты совсем кукукнулась — мужику подарки дарить, — добавила Таня.
Мы сели за стол, Герман начал чай. Танюха принялась болтать про походы в женскую консультацию, про то, насколько дорогие сейчас детские вещи… я подкалывала Германа, спрашивая, ожидал ли он, что вместо одного жильца у него будет два, а он только усмехался, отвечая, что страшнее всего на свете ему снова услышать полную тишину в квартире.
Что-то мне подсказывало, что его страхи не сбудутся. Потому что я замечала, как Танюха иногда смотрит на него. С интересом, и иногда глупо улыбаясь.
Тогда я начала понимать, что лучшее средство от хандры — это, все-таки, одиночество и друзья.
Поэтому, субботу я встретила во всеоружии.
С хорошим настроением, и парой новых шмоток, которые мне подарила Танюха, потому что живот в них внезапно не влез, а она так и не успела их надеть.
На праздник Марка я надела белый, атласный топ, темные джинсы и темные туфли на шпильке. Вроде бы не так уж нарядно, а вроде бы и симпатично. И вышла из такси, чувствуя себя женщиной на миллион, гордо придерживая коробку с подарком.
Я настолько вжилась в эту роль, и вышагивала, гордо подняв голову, думая, что сегодня меня ничего не заденет, даже если я увижу Мирослава, со слезами на глазах от неимоверного счастья, нежно обнимающего какую-нибудь красотку, и объявляющего о своей помолвке, что не заметила небольшой подъем на входе в ресторан и от души споткнулась, едва не навернувшись.
Позади раздается испуганный «ах!». Я, вернув равновесие, оборачиваюсь.
И меня начинает раздирать от смеха.
Потому что я вижу Кристофа, обнимающего за талию невысокую брюнетку, чем-то похожую на меня. Потом взгляд выхватывает прижатую ко рту ручку и обручальное кольцо на ней. Понятно, вот и жена.
Лицо Кристофа выглядит сейчас на миллион. Миллион моих истерических всхлипываний от смеха.
— Вы в порядке? — отмирает его жена.
— Да, — отвечаю я, — в порядке. Привет, Кристоф, — и я ехидно улыбаюсь, наблюдая, как на лицо этого козла наползает настоящая паника.
