Попасть в ДТП по дороге на собеседование? Могу, умею, практикую! Полмиллиона за разбитый Форд — это вам не шутки, особенно, когда узнаешь, что это была машина твоего будущего начальника. Дело, казалось бы, за малым — заработай и выплати, только вот мой дорогой новый босс с его странным наглым другом, втягивают, похоже, меня в какую-то авантюру....
Даже в прошлый раз ты на меня смотрела такими же глазами, — его рука захватывает волосы у меня на затылке в кулак и сжимает, заставляя запрокинуть голову, а он опускается к шее и выдыхает, — но мне нравится, — и зубы на секунду прихватывают кожу едва не до боли, отчего я резко вдыхаю и вцепляюсь ему в плечи, забыв про все на свете, — эта податливость, — и на коже начинают расцветать дорожка поцелуев, опускаясь ниже, — и как ты реагируешь...
Ладонь находит мою грудь, и я выгибаюсь навстречу, поддаваясь ласке. В этот раз все по—другому.
И это у него удается. Стоит только языку провести влажную дорожку возле уха, и я ощущаю как внутри вспыхивает ужасающе голодное желание.
Мирослав, выдохнув, прерывается и прячет лицо у меня в волосах. Щекой я чувствую, как он сжимает челюсти, видимо, пытаясь взять себя в руки.
— Птичка, ты…
Я трусь, словно кошка, об его волосы, и выдыхаю ему в ухо. И вижу, как по его шее пробегают мурашки от этого, и снова сжимаю пальцы.
Рука Мирослава внезапно ложится мне на шею и он прибивает меня к стене, что я от неожиданности отпускаю его. Он смотрит на мои губы из-под полуприкрытых век, и тень от ресниц падает на лицо, отчего взгляд парня становится темным и глубоким, как омут. И я падаю в него, теряя связь с реальностью. Остаемся только мы, и весь мир вокруг исчезает.
— Скажи, что хочешь меня, птичка. Мне нравится, когда ты это говоришь.
— Хочу… — вырывается у меня тихо, и я ощущаю как его пальцы и кое-что твердое и напряженное прикасаются там.
— Ты больше не сбежишь от меня, Анна, — он произносит это возле моих губ, задевая их, отчего мне хочется потянуться навстречу, но он не пускает меня. Пальцы чуть сжимаются на шее, — если ты думаешь об этом… я сейчас просто уйду, оставив тебя наедине с этим желанием, — он усмехается, а я едва сдерживаюсь от возмущения, и от того, чтобы не отомстить ему, прикусив, или вонзив ногти в спину.
