В глубокой тьме ночи, Юля шепчет слова в ушах подруг, призывая забрать себя из жуткого зеркала. Эльвира, с ее хмурой улыбкой и пьяной песенкой, становится невероятно захватывающей backdropом для этого незнакомого ритуала. Но Юля не слушает ее — она видит нечто большее, что выходит за границы обычного, в зеркале отражается таинственная Золушка....
Эта наглая сука решила «повесить» на меня большую перегоревшую плиту!
– Я не стану это подписывать! – решительно сказала я и положила листы бумаги на стол. – Вот этого я не совершала. Вешать на себя чужие косяки я не стану!
– Выражайся правильно! Детдомовка! – рявкнула Валькирия и ткнула пальцем в бумагу. – Подписывай, кому говорят!
– Не буду! Перепишите правильно, уберите лишнее, вот тогда я подпишу и даже напишу объяснительную. А вот это я не стану подписывать.
– Не станешь, значит? – Валькирия откинулась в кресле и потянулась за ключами, висевшими в специальном шкафчике на стене.
Она взяла один комплект ключей и помахала ими в воздухе.
– Знаешь, что это, Колчакова? Это ключи! Ключи от комнаты «713В». Комната свободная… Одна-единственная свободная комната в общежитии. Есть куда поселить погорельца Колчакову, да? Но если ты вот это не подпишешь…
Валькирия сделала паузу и закончила:
– Не подпишешь? Тогда можешь считать, что комнаты для тебя нет!
Я побледнела. Идти мне было некуда.
– Вы не имеете права так поступать! Вы же знаете…
От возмущения я не могла сказать ни слова. Я круглый год жила в общежитии. Даже летом, когда все разъезжались. Оставались только несколько человек, по личной договорённости с Валькирией. Мы платили ей лично в «кассу» за проживание. Комендантша, конечно, знала, что мне некуда идти.
– Я знаю, что ты – детдомовка. Так что подпишешь, как миленькая!
– Вы хотите повесить на меня порчу дорогостоящего имущества!
– Возмещать всё равно не тебе! – хмыкнула Валькирия.
Комендантша торжествующе посмотрела на меня. Конечно, Самсонов оказался не добрым дядюшкой, каким я его себе представляла. Но обманывать Самсонова таким гнусным образом и запускать руку в его кошелёк я не могла. Моя совесть была против. Самсонов по каким-то неведомым причинам очень многое сделал для меня.
– Нет! – твёрдо заявила я.
Валькирия поднялась во весь свой внушительный рост.
– Тогда убирайся вон!
Валькирия была непреклонна.
Я не знала, как мне поступить. Комнаты в общежитии у меня нет. Денег тоже почти нет. У меня есть только студенческий проездной и немного мелочи на проезд. Подруги у меня теперь тоже нет. Судя по всему, меня скоро отчислят из университета за мои фортели! Уверена, что Валькирия поднимет на уши весь ректорат и добьётся моего отчисления. Я помялась возле общежития. Васька появился рядом.
