Автор
В окна комнаты, озаренных лишь слабым светом уличного фонаря, проникало немного света. Женщина на постели ласково касалась изгибы тела мужчины — скулы, губы и подбородок, словно возвращаясь ко всему тому теплу и нежности, что она недавно испытала.
— Сказала, чтоб улучил момент и отдал ей прямо в руки. И сразу чтобы уходил, ни с кем не разговаривал. Вот и все.
— А описать ее сможешь?
— Да тетка как тетка, — пожал он плечами. — Старая уже, явно за полтинник. В расстегнутом плаще таком… Только титьки полуголые, и цацка на них здоровенная.
Он растопырил пальцы, показав примерную величину украшения. Мне тут же вспомнился кулон, который я видела на Дубровской. Декольте там, кстати, тоже имелось. Вот только самой Дубровской в день свадьбы в Тарасове не было. Я сама видела, как Влад встречал ее в аэропорту лишь вечером следующего дня.
На всякий случай я показала парнишке фотографию Дубровской из соцсетей, но скорее на всякий случай.
— Смотри, эта тетка? — спросила я без особого энтузиазма. Каково же было мое изумление, когда он горячо закивал.
— Ну да, она. Точняк, она! — уверенно заявил парень.
— Ты уверен? — Я просто не верила собственным ушам.
— Да точно эта тетка, говорю же! И размалевана так же.
Он был прав, я уже подметила склонность Дубровской перебарщивать с макияжем.
— И ты подтвердишь это на очной ставке? — сурово спросила я.
— На какой еще очной ставке? — уставился на меня паренек, превратившись из разбитного подростка в испуганного мальчугана.
— Тебе придется опознать ее в отделении полиции, чтобы подтвердить, что тебя ввели в заблуждение, — пояснила я. — Ты ведь ничего не знал о готовящемся убийстве, верно?
Подросток замотал головой."
"— Не, я не знал! Она сказала, что к племяннице на свадьбу не пускают, открытку просила передать.
— В этом еще предстоит разобраться, — вздохнула я. У меня просто ум за разум заходил. Выходит, Дубровская всех обвела вокруг пальца?
— А мне чего теперь делать? — опасливо поинтересовался паренек. Похоже, он был уверен, что его прямо сейчас поволокут в отделение.
— Для начала я тебя сфотографирую, — заявила я. — А потом можешь идти домой, и весь ближайший месяц не отлучайся из города.
Я сфотографировала неудачливого сообщника, который вместо улыбочки состроил хмурую физиономию.
— Киданула его эта баба, — Оксана задумчиво смотрела вслед резво удалявшейся серой ветровке. Это было первое, что она произнесла за все время, что мы общались с найденным посредником. Оксана вообще держалась молодцом. Меня переполняла благодарность.
— Ксюша, — повернулась я к ней, — это дело будет раскрыто исключительно благодаря тебе.
