– Ее друг Бодхи тоже был на занятиях.
– Да? И как там мама Бодхи?
– Я ее не видел. К тому времени, как она привезла в школу Бодхи, мы уже уехали.
– Слава богу, – отозвалась она. – А то бедняжку Эмили расплавили бы смертоносные лазеры взглядов Вивиан.
– А тебе работать не пора? Вместо того чтобы дразнить мою жену?
– Я и не думала ее дразнить. Между прочим, я на ее стороне. Если бы Лиз начала чаще видеться со своей бывшей, а та оказалась бы общительной и красивой женщиной, недавно разошедшейся со своим партнером, я бы тоже испепелила ее взглядом.
– Да что с вами такое, женщины?
– Ой, я тебя умоляю, не начинай! Или ты шутишь? И наверное, радуешься тому, что в каждом разговоре с Вивиан всплывает имя Уолтера? Даже мне оно надоело.
– Она на него работает. – Я сделал вид, что не придаю этому значения. – Обычное дело.
– Да? Ну и как зовут моего босса? – Ответить я не смог, и она продолжила: – Да кому какое дело, что они работают вместе, тренируются вместе, путешествуют вместе, летают на частном самолете тоже вместе, а? Ерунда, что в разговоре она упоминает имя своего босса-миллиардера чаще, чем твое? Вы же так близки и выше ревности!
– Хочешь меня разозлить?
– Нисколько. Просто хочу узнать, как прошли ваши выходные после того, как вы побывали у родителей. Насколько я понимаю, разговор о новом банковском счете и служебной квартире в Атланте ты больше не заводил?
– Не заводил. Субботний вечер прошел тихо и мирно, мы рано легли спать. Все слишком устали. А в воскресенье у меня была передышка. – Я рассказал ей, что Вивиан и Лондон устроили себе девичник.
– Я знала, что так и будет, – высказалась Мардж.
– А разве ты не помнишь, как Вивиан смотрела на тебя после того, как Лондон ужалила пчела?
Я прекрасно понимал, о чем она, только не хотел об этом говорить.
– Вивиан беспокоилась – оттого, что Лондон было больно.
– А вот и нет. Она беспокоилась потому, что Лондон бросилась за утешениями не к ней, а к тебе. Лиз тоже это заметила.
И мне так показалось, но я промолчал.
– И что же? – продолжала Мардж. – В воскресенье она проводит с Лондон весь день, а потом спешит отправить дочь в класс прежде, чем ты успеваешь поцеловать ее на прощание.
– От мамы – она звонила. Вся эта ситуация показалась ей странной.
– Ты спятила. – Я вдруг занял оборонительную позицию. – Потому и придаешь слишком много значения пустякам.
– Может быть, – согласилась она. – Надеюсь, так и есть.
– И хватит говорить о Вивиан в таком тоне. Вам всем пора бы перестать обсуждать каждый ее шаг. Последние несколько недель она была в страшном напряжении.
– Ты прав, что-то меня понесло. Извини, – и, выдержав паузу, спросила: – Чем сейчас занят?
– Хочешь сменить тему?
– Стараюсь. Я ведь уже извинилась.
– Лондон на уроке музыки. А я гуляю.