И указал в сторону лестницы.
– Я уже почитал ей, так что теперь твоя очередь.
Вивиан повернулась к Лондон:
– Хочешь, теперь я тебе почитаю?
– Да! – радостно воскликнула Лондон. Я провожал их взглядом, пока они поднимались по лестнице. И хотя в доме со мной были жена и дочь, мне вдруг стало очень одиноко.
Я ушел к себе в спальню. Разговаривать с Вивиан мне не хотелось. Я читал, лежа в постели, и старался не думать о том, что Вивиан проведет ночь под одной крышей со мной.
Представив, как Вивиан прокрадывается ко мне в спальню, я задумался, как поступил бы в этом случае. Уступил бы на том основании, что мы все еще женаты? Или обрадовался последнему шансу? Или же решительно отказал ей, как Эмили, когда к ней подкатывал Дэвид?
Мне хотелось думать, что я поступил бы как Эмили, но сомневался, что мне хватит силы воли. И все-таки я понимал: если что-то произойдет, лучше от этого не станет. Хотя общего будущего у нас быть не может, Вивиан продолжает цепко удерживать меня. Мало того, я подумал, что испытаю угрызение совести. Потому что, представляя себе, как вновь занимаюсь любовью с Вивиан, я вдруг отчетливо понял: мне хочется, чтобы на ее месте оказалась Эмили.
Утром я проснулся рано и настроился на длинный день. Принял душ, приготовил себе завтрак и уже пил вторую чашку кофе, когда на кухне появилась Вивиан. Она была в пижаме, которую я подарил ей на день рождения пару лет назад. Подойдя к кухонному шкафу, она достала пакетик чая и долила воды в чайник на плите.
– Выспалась? – спросил я.
– Да, спасибо. Матрас в комнате для гостей лучше, чем мне казалось. Наверное, просто устала.
– Ты уже решила, чем вы займетесь с Лондон сегодня после занятия в студии?
– Чем-нибудь, не требующим большого напряжения. Ей все еще надо беречься. Мы могли бы сходить в Музей открытий, но сначала надо выяснить, чего хочет она сама.
– Я в офис, – сообщил я. – Надо как можно раньше закончить с делами для пластического хирурга, ведь он бросил все и примчался, чтобы помочь Лондон.
– Поблагодари его от моего имени за прекрасную работу, я рассмотрела шов еще той ночью.
Чайник засвистел, Вивиан залила водой пакетик в своей чашке. Некоторое время она колебалась, сесть ли со мной за стол, и наконец села.
– Я хотел кое-что сказать тебе, – начал я. – Насчет танцев.
– Насчет танцев? Что? – Вивиан осторожно поднесла к губам чашку.
Я рассказал ей все по порядку, стараясь изъясняться как можно короче и упомянув, что Лондон не разрешили участвовать в концерте.