— Неужели вам никто не говорил, что с едой и напитками на месте преступления появляться нельзя?
Парень испуганно вздрогнул, вжал голову в плечи и послушно побрел обратно, держа в руке холодную банку, но не решаясь отпить из нее.
Д’Агоста заметил, как переглянулись охранники, собравшиеся возле двери. Да, он в бешенстве, и пусть все это видят. Пусть что хотят, то и думают. Лейтенанта сейчас больше волновал исченувший в неизвестном направлении Пендергаст. Исчезнувший вместе с преступником. И эта его безумная идея о сыне-убийце… Хотя он все выложил как на блюдечке: точное место и время преступления.
Д’Агосте не раз доводилось куда-то ездить с Пендергастом, но эта поездка оказалась самой странной. В буквальном смысле слова потрясающей. Вдобавок его начало беспокоить недавнее ранение в грудь. Он достал из кармана упаковку ибупрофена и проглотил пару капсул.
— А вам кто разрешил бродить туда-сюда, словно у себя дома? — закричал он на одетого в белый халат эксперта, поднырнувшего под ленту, ограждающую место преступления. — Займитесь делом, черт вас побери!
— Но я и занимаюсь делом, лейтенант. Просто выходил в туалет.
Его виноватая улыбка тут же погасла от нового взрыкивания д’Агосты:
— Ну так продолжайте заниматься!
— Да, сэр.
Лейтенант резко обернулся и замер от неожиданности. В дальнем конце коридора появился Пендергаст. От одного вида усталого, измученного агента д’Агосте сделалось не по себе и внутри что-то тревожно сжалось.
Нужно срочно поговорить с ним, подробнее узнать об этом гипотетическом сыне-убийце.
Д’Агосту поразило лицо друга — оно было необычайно напряженным, почти безумным. Глаза ослепительно сверкали, но взгляд при этом оставался ясным, осмысленным.
— Где вы пропадали? — спросил лейтенант.
— Я гнался за убийцей до самой реки. Он спрятался где-то возле старого причала.
— Вы… гнались за ним?
— Когда я зашел в номер, он уже спускался по пожарной лестнице. У меня не было времени предупредить. Я не хотел его упускать.
— И вы уверены, что это… ваш сын?
Пендергаст строго взглянул на него:
— Я уже говорил, что это должно остаться между нами.
Д’Агоста нервно сглотнул. Его тревожил напряженный, пристальный взгляд Пендергаста.
— Раз у вас есть информация, мы обязаны поделиться… — начал было он, но запнулся, увидев, как агент изменился в лице.
— Винсент, только я могу поймать этого убийцу. Больше никто. Любые действия полиции лишь усложнят ситуацию. Поэтому мы должны хранить эти сведения при себе. Во всяком случае, пока. Вы меня поняли?
Д’Агоста не ответил. Он все понимал.