Азами медленно шла по алле Центрального парка в фиалковом свете заходящего солнца. Ее старший брат внимательно оглядывался, как будто ища кого-то. Весенний вечер осенней ночи проникал через низкие деревья, создавая таинственный узор на лужайках.
Несколько мгновений Джек молчал, потом медленно опустил пистолет. Он посмотрел на лодыжки дочери — они были свободны. Перерезанные пластиковые наручники валялись под сиденьем.
Кори перехватила его взгляд.
— Там, на направляющих водительского кресла, был небольшой заусенец, — объяснила она.
Джек подошел к ней, обтер кровь с ножа и перерезал наручники на запястьях дочери. Затем молча обнял ее, так крепко, как никогда и никого в своей жизни не обнимал. По щекам у обоих неудержимо потекли слезы.
57"
"Дождливая ночь сменилась холодным утром, и над рекой еще стоял густой туман, когда биолог с проводником отправились в путь по Риу-Итажаи-ду-Сул, самому южному из притоков Риу-Итажаи.
Мендонса, мучимый похмельем, в отвратительном настроении вел лодку вверх по течению. Биолог Фосетт снова занял место на носу, но уже не читал книгу, а внимательно наблюдал за берегом. Заметив очередную порхающую возле реки бабочку, он тут же просил Мендонсу остановиться, а за одной из них и вовсе устроил настоящую погоню, перегнувшись через борт лодки и размахивая сачком до тех пор, пока не поймал ее.
В последнем поселении на Риу-Итажаи — маленьком, грязном и унылом городишке под названием Колонья-Маримбонду — Мендонса попытался осторожно разузнать что-нибудь про Нова-Годой: где он находится, в каком месте удобнее там пристать к берегу. Информацию он в основном собирал в местной пивной, где потратил большую часть с таким трудом заработанных денег, угощая малообщительных крестьян в тщетной надежде их разговорить.
На рассвете они различили звук мотора, отражающийся эхом от стены прибрежных араукарий, еще мокрых после ночного дождя. Мендонса почувствовал, как от росы намокли волосы и борода, противная влага начала заползать под рубашку.
Отец небесный, когда же это путешествие закончится?
Около полудня они достигли широкого изгиба реки и увидели на отмели плавучий док с трапом, ведущим к хрупкому деревянному причалу.
— Приехали, — объявил проводник, присматриваясь, нет ли кого-нибудь на причале.
К его большому облегчению, берег выглядел пустынным.
