Азами медленно шла по алле Центрального парка в фиалковом свете заходящего солнца. Ее старший брат внимательно оглядывался, как будто ища кого-то. Весенний вечер осенней ночи проникал через низкие деревья, создавая таинственный узор на лужайках.
Пендергаст немного оживился — впервые с начала разговора.
— Спасибо, я тронут, — произнес он тихо. — В самом деле тронут. Но мне не нужна помощь. Сейчас мне требуется только полное одиночество.
Кори ошеломленно замерла в кресле. Она совсем забыла, какой занозой в заднице способен быть Пендергаст.
— Проктор ждет вас.
Еще мгновение она просто смотрела на него. Потом встрепенулась, закинула на плечо рюкзак и вышла из библиотеки.
Пендергаст остался сидеть в темной комнате. Спустя десять минут он услышал, как захлопнулась дверь, поднялся, подошел к одной из книжных полок и снял с нее очень толстый старинный том. Послышался глухой щелчок, и полка отъехала в сторону. За ней оказались латунные створчатые ворота, открыв которые Пендергаст подошел к массивной кленовой двери секретного лифта. Он зашел в кабину, нажал кнопку и спустился в подвал особняка. Затем проследовал по длинному коридору к вырубленной в скале старинной лестнице, ступени которой терялись во мраке. Агент прошел по ней до самого низа и очутился в огромном подземелье. Миновав череду слабо освещенных залов и галерей, пропитанных ароматом древности, он добрался до комнаты, заставленной столами с современным лабораторным оборудованием. Зажег свет и шагнул к устройству, напоминающему гибрид телефакса с кассовым аппаратом. Сел на стул и нажал кнопку на боковой стенке агрегата. Из него выдвинулся широкий лоток с целым набором коротких и толстых пробирок. Пендергаст зажал одну из них между большим и указательным пальцем. Вытащив из нагрудного кармана скальпель, уколол им большой палец другой руки, собрал кровь в пробирку, поставил ее обратно в гнездо аппарата, нажал несколько кнопок и стал ждать результатов анализа.
16
Доктор Фелдер пересек Семьдесят седьмую улицу, свернул на Сентрал-Парк-Уэст, поднялся по широким ступенькам короткой лестницы и очутился под темными сводами Нью-Йоркского исторического общества. Недавно это здание строгой классической архитектуры основательно отремонтировали, и Фелдер с любопытством осматривал его новый интерьер. Хотя галереи и помещение библиотеки приняли современный вид, все же чувствовалось, как глубоко они укоренились в прошлом — или завязли в нем. О чем ясно говорил дефис в слове «Нью-Йоркское»[40] на табличке перед входом.
Доктор подошел к справочному столу:
— Доктор Фелдер к Фентону Гудбоди."
"Женщина за столом сверилась с компьютером:
— Одну минутку. Я позову его. — Она набрала номер и подняла трубку телефона: — Мистер Гудбоди, к вам доктор Фелдер.
