Впрочем, жизнь в семье директора тайных агентов оказывалась не такой уж простой. Я помнила каждую закладку и каждый пароль, потому что нас постоянно преследовали опасности. Сменяли страны как еду на обед, стараясь не задерживаться ни в одном месте длительное время. Теперь я оставляю за дверью прошлое и шагаю дальше по следам близких мне тайн....
Кухонный гарнитур, в комнате диван, который служил постелью, два кресла и платяной шкаф.
Нил направился к нему и распахнул створки. Я увидела висевшую на плечиках мужскую одежду. Было ее немного.
Сдвинув плечики в одну сторону, Лукашов стал прощупывать заднюю стенку шкафа. Вдруг он потянул ее на себя, и она подалась.
Я невольно присвистнула. Задняя стенка оказалась дверью, за которой была ниша, не глубокая, сантиметров сорок. Там стоял кейс.
Нил достал его, положил на журнальный стол и посмотрел на меня. Во взгляде беспокойство.
Я села в кресло рядом и спросила:
– Не хочешь его открыть?
– Не уверен, что хочу.
– Тогда поставь на место, и сматываемся отсюда.
Он улыбнулся.
– Хочешь, я открою? – предложила я.
Лукашов немного постоял, глядя на кейс, точно собирался с силами. Затем протянул руки к замкам.
Я была уверена, чтобы открыть кейс, понадобится набрать код, но замки щелкнули, и Нил медленно поднял крышку. После чего развернул кейс ко мне, чтобы я могла увидеть содержимое.
Деньги, евро и доллары, пистолет, патроны к нему.
Я поднялась, взяла верхний паспорт. Савенко Павел Николаевич.
На фотографии мужчина лет тридцати пяти, губы готовы раздвинуться в улыбке, во взгляде насмешка. Лицо вполне приятное, но из-за этой насмешки симпатичным парня я бы называть не спешила. Люди с таким взглядом обычно доставляют согражданам массу проблем. Загранпаспорт был на то же имя. На фотографии мужчина выглядел чуть старше, во взгляде равнодушие.
– Это ты? – спросила я Нила, показав ему документ.
Он покачал головой.
– А кто?
– Барзин.
– Ким?
– Ким.
– Что ж, такому парню без тайника с баблом и липовыми документами никак. Теперь понятно, почему везде слой пыли, а почтовый ящик ломится от платежек. Его нет уже девять месяцев.
Я вернулась в кресло, бросив паспорт в кейс.
Нил сидел, сцепив руки замком, словно опасаясь прикасаться к содержимому кейса.
– И как об этом узнал я? – вдруг спросил он.
– Ты следил за ним. Разве нет? Вот и узнал о квартире.
– И о тайнике?
– Заглянул в квартиру в отсутствие хозяина и нашел тайник. Но предпочел оставить все как есть. Может такое быть?
– Может, – усмехнулся он.
– Эй, в чем дело? – позвала я.
– Я бы не стал рисковать и вламываться в его квартиру.
– Предположим, ты не был уверен, что это тот человек, которого ты ищешь. А когда нашел тайник, понял, что не ошибся. Если ты знал о тайнике, значит, уже был здесь раньше. Или сам устраивал такие тайники, – улыбнулась я.
