Впрочем, жизнь в семье директора тайных агентов оказывалась не такой уж простой. Я помнила каждую закладку и каждый пароль, потому что нас постоянно преследовали опасности. Сменяли страны как еду на обед, стараясь не задерживаться ни в одном месте длительное время. Теперь я оставляю за дверью прошлое и шагаю дальше по следам близких мне тайн....
– Что будем делать со всем этим?
– Не знаю, – вздохнул он.
Я вновь взяла паспорт и стала разглядывать фотографию Кима.
– А вы похожи, – сказала где-то минут через пять.
– Серьезно?
– Есть что-то общее. Сразу и не скажешь, что, но точно есть… Извини, наверное, не стоило этого говорить.
Он резко поднялся, закрыл кейс и вернул его в нишу, сдвинул вешалки, захлопнул дверь шкафа.
– Во всем этом присутствует положительный момент, – сказала я. – Ты нашел дом и эту квартиру. Значит, память понемногу возвращается.
Он некоторое время молчал, потом кивнул, вроде бы соглашаясь, но сказал с усмешкой:
– Вопрос, что это будут за воспоминания.
«Чего он боится о себе узнать? – думала я, когда мы возвращались к машине. – Бывший священник настоятельно рекомендовал мне держаться от Лукашова подальше. Похоже, грехов у парня в избытке. Откуда отцу Сергию знать о его грехах, если познакомились они недавно?»
Учитывая, что в друзьях у него большой чин из ФСБ, догадаться нетрудно. Но если он считает Нила человеком опасным, то какого лешего с ним приятельствует?
И на этот вопрос несложно найти ответ: он священник, хоть и бывший, а им положено быть милосердными.
"Есть в Евангелии история про разбойника, который уверовал в Господа и оказался в Царствии Небесном, как обещал ему Христос. А должен был радовать чертей громким визгом. От того отец Сергий и поддерживает в меру сил грешную душу, хотя симпатии к Нилу, скорее всего, не испытывает.
Интересно, что будет делать сам Нил? В полицию сообщать о своей находке не торопится, но, может, сообщит своим друзьям из ФСБ? Просто не хочет делать это при мне?
Проходя мимо почтового ящика, я прихватила несколько платежек и, оказавшись в машине, стала их просматривать.
– Что ты делаешь? – спросил Нил.
– Удовлетворяю любопытство, – пожала я плечами.
Он терпеливо ждал, не заводя мотор.
– Все оплачено, – сложив платежки стопочкой, сообщила я.
– И что это значит?
– Автоплатежи привязаны к определенному банковскому счету, и он все еще действует.
– Значит, Ким предполагал, что может отсутствовать довольно долго. Не месяцы, а год-два.
– Квартира оформлена на Гаврилова, а паспорта – на Савенко. Он планировал покинуть страну?
– Почти наверняка, учитывая, что завалил Лютого и прикарманил общак.
– Денег в квартире нет, больших денег, я имею в виду, значит, есть еще какая-нибудь нора.
