Мне было как раз 3 или 4 года, и Алексея регулярно заставляли нянчиться со мной, так что с его стороны это наверняка была попытка освободиться. У него не всегда получалось за мной уследить – мы были полными противоположностями. Брат с ранних-ранних лет очень любил читать и в свои в тот момент 10 или 11 буквально поглощал том за томом – причем очень серьезную литературу. Иной раз он погружался в книгу, а я куда-то уползал и мог что-то натворить, так что ему из-за меня еще и прилетало. И вот это объявление…
«Нужно отвести Максима в секцию», – сказал он родителям и привел неоспоримые доводы: каток очень близко к дому, вся семья спортивная, меня надо было тоже чем-то занять, чтобы я не мотался один на улице.
Помню, мы пришли на каток, сели с родителями на трибуну и смотрели, как катаются старшие ребята.
– Хочешь так же? – спросили меня. С равным успехом я ответил бы утвердительно, если бы меня спросили о том, хочу ли я кататься на велосипеде или карусели. Я мало что понимал. Катаются, значит, им весело.
– Хочу! – ответил я.
– Ну все, будешь кататься!
Так состоялся судьбоносный диалог, задавший направление моей жизни. Небеса не раскрылись, никаких особых запоминающихся моментов или знаков. Меня просто отвели на каток Дворца спорта «Орленок», тогда на улице Карла Маркса, сегодня Сибирской, чтобы я был «при деле». И там я остался на многие годы."
"Я уже упомянул, что семья у меня была спортивной, так что какие-то секции или занятия не считались чем-то из ряда вон выходящим. Брата с детства отправили на лыжи, хотя душа у него к этому не лежала, да и ехать надо было очень далеко на базу.
Какое-то время он туда поездил, а потом с головой ушел в учебу. Мама Валентина Ивановна – спортсменка, легкоатлетка, с педагогическим образованием в училище, как это сейчас называется, олимпийского резерва. В тот момент она работала воспитателем в детском саду. А вот отец Леонид Степанович Траньков – мастер спорта СССР по конному спорту, первым среди конников получил это звание на Урале, легенда в Пермском крае, победитель Спартакиады народов РСФСР в 1983 году, в год моего рождения.
Он получил шанс поехать на Олимпийские игры в 1984-м. Это было большое достижение в спорте. Но совпало оно с бойкотом нашей страной Игр в Лос-Анджелесе. Отец поехать не смог. А на следующие Игры в Сеуле его не пустили, решив омолодить сборную. В результате, пропустив две Олимпиады не по своей воле, он сломался – для спортсмена нет ничего важнее, чем участие в Играх.
