Автор
В таинственной горнице пенистого домика, где свет от свечей мерцал в тени узких стен, происходило необычное собрание женщин. Сквозь полумрак и шуршание одеяний слышались лишь хрипы дыхания и гулкий щелк перьев — знак того, что важный разговор на тему святого дня проходит в тайне. В этом пространстве, где каждое движение было запечатлено в незаметном прозрачном фонаре свечи, звезды казались особенно яркими и ближе к себе....
Они выглядели как отражения друг друга, но Свят казался старше, и было в нем что-то неуловимое, темное, тогда как вокруг Златослава разве что цветы не распускались.
– Спасибо за помощь, – прохрипел Дарий. – Какого… Вас теперь двое?
Злат посмотрел на него, потом на брата, хмыкнул и пожал плечами.
– Тебя я тоже знаю.
– А я тебя – нет, – резко ответил Дарий.
– Что ты будешь делать дальше? – Варна поднялась с земли. – Свят?
– Уеду. У вас есть лошадь?
– Добудь свою, – вмешался Дарий.
– Мы позволяем тебе быть только потому, что ты привязан к ней, – неожиданно холодно сказал Злат.
– Позволяете мне быть?
Варна встала между ними, загородив Дария собой. Еще немного, и начнется перепалка, которая может закончиться дракой или чем-то серьезнее.
– Ты не можешь уехать, – твердо сказала она, обращаясь к Святу.
– Не может, – подтвердил Злат. – Он хочет быть здесь.
– Какого лешего?! – возмутился Свят.
– Говорю то, что чувствую. – Злат пожал плечами. – Ой…
– Люди не всё говорят вслух, – сквозь зубы сообщил Свят.
– Я хочу остаться.
– Злат! Мы должны…
– Ничего я не должен, – возмутился мальчишка. – Хочу вареники. Можно мне поехать с тобой?
Он протянул руку Варне и замер в ожидании.
– Его нужно хотя бы теплее одеть, – сказала она. – Потом можешь ехать куда хочешь. Пойдем.
Она взяла Злата за руку и повела к лесу. Там, в надежной тени деревьев, они оставили лошадей."
"Ладонь мальчишки была теплая, человеческая. Как странно, он совсем не такой, как Свят.
– Ноги колются, – пожаловался Злат.
– Ты замерз. – Варна прибавила шагу.
– Замерз… – задумчиво пробормотал он. – Везде колется.
– Потому что на улице зима.
– Зима? О… Зима… – Злат будто смаковал новое слово. – Я так долго молчал. Мне нравится, как шевелится язык. Он делает звуки. А! – крикнул он. Ему ответило эхо. – Слышала?!
– Это… А, черт с ним.
Пусть он и выглядел взрослым, ума у него было не больше, чем у ребенка.
«Дарий, наверное, в восторге, – подумала Варна, – вместо одного Свята мы получили двоих».
Она показала Злату, как залезть на лошадь, но он все прослушал – был занят созерцанием могучего животного. Злат вздыхал, охал, потом набрался смелости и прикоснулся к бархатистому носу.
– Щекотни! – взвизгнул он.
– Щекотно. – Варна погладила лошадь по шее. – Тебя щекочет ее дыхание.
– Живая… – Злат прижался лицом к гриве. – Слышу, как бьется ее сердце.
