Автор
В таинственной горнице пенистого домика, где свет от свечей мерцал в тени узких стен, происходило необычное собрание женщин. Сквозь полумрак и шуршание одеяний слышались лишь хрипы дыхания и гулкий щелк перьев — знак того, что важный разговор на тему святого дня проходит в тайне. В этом пространстве, где каждое движение было запечатлено в незаметном прозрачном фонаре свечи, звезды казались особенно яркими и ближе к себе....
Взметнувшийся снег запорошил лицо, попал в глаза и нос, Варна попыталась выползти из-под Дария, но он, хохоча, сжал ее в мертвой хватке. Его смех эхом отразился от домов, пронесся по дороге и вернулся к ним – громкий, свободный. Варна давно не слышала его.
– Я победил.
То ли от захлестнувших эмоций, то ли еще по какой-то неведомой причине Дарий клюнул ее в щеку холодными шершавыми губами. Она успела поймать его за воротник и прижать к себе, прежде чем он попытался отпрянуть.
– Мой нож упирается в твой живот, – прошептала Варна и уколола его острием для убедительности.
– Ну, я так не играю. – Дарий скатился с нее и уставился в посветлевшее небо. – У тебя всегда есть какой-нибудь фокус в запасе.
– Эти фокусы спасают наши жизни. – Она смахнула волосы с лица. – Признаёшь поражение?
– Но делаю это без удовольствия.
– Сойдет.
На пороге ближайшей избы Варна заметила розовощекого ребенка. Девчонка таращилась на них – и, наверное, довольно давно. Хорош Мрачный Взвод – вместо того чтобы искать зверя, который выпотрошил несколько десятков овец, охотники валяют дурака и друг друга.
Дарий показал девчонке черный язык, и та убежала в избу.
– Опозорились. – Варна встала и попыталась отряхнуть плащ от снега.
– Будто нам впервой. Зато сердцу весело. Что загадаешь на Коляду? Будем гадать?
– Ты слуга Господа, Дарий, гадания против правил.
– А мы никому не скажем. – Он подмигнул ей.
Его приподнятое настроение никак не вязалось с заданием, на которое их отправили.
Несколько недель округу изводила странная тварь.
В часовенке горел Живой Огонь – от жаровни поднимался дым, на полу лежал густой ковер из еловых лап. Внутри было тесно, но заброшенным это место не выглядело. Образа, канун – все натерто до блеска, каждый подсвечник, каждая икона сияла, отражая пламя свечей.
– От кого защищаешься елью? – Варна усмехнулась и поддела ветку носком ботинка.
– Сами знаете, что-то происходит тут, но никак не пойму, что именно.
