Взгляд Боброка за толстыми стеклами очков не изменился. Рука скользнула по трости, перехватывая ее для возможного удара снизу вверх.
– Гиела… – сказал Боброк. – Самец молодой, но вполне состоявшийся. Яд, безусловно, уже сформировался…
Гавр потянул на голос Боброка, и Рина невольно засеменила вслед за ним. Хрупкой девушке, имеющей к тому же две точки опоры, невозможно удержать гиелу, у которой точек опоры четыре. Хлопья пены с губ гиелы попали Боброку на ботинок.
– Рома! – коротко приказал Боброк. Рука Ромы скользнула под куртку.
Рина повисла у Гавра на шее. Ей помогал Сашка. Гавр протащил их по плитам аэродрома, но потом успокоился и разрешил увести себя в автобус.
– Да… дрессировка на высочайшем уровне! – оценил Боброк.
Долбушин не старался, воспользовавшись возникшей из-за Гавра путаницей, проскользнуть в автобус. Стоял и настойчиво смотрел на Боброка.
– Ладно, – уступил Боброк. – Вы утверждаете, что вы не враг…
– Я враг, – сказал Долбушин. – Но не здесь и не сейчас.
– Прекрасно! А вот это мы сейчас проверим! Коря!
Коря сунул руку в карман, достал кусок окаменевшей розовой соли – мутно-прозрачный, с внутренними трещинами – и протянул его Долбушину.
– Что это? – спросил тот.
– Что? Слизь вам расскажет? – насмешливо спросил Долбушин.
– Она много не болтает. Она просто начнет размножаться. Через минуту вы станете похожим на кисель.
– И что я должен сделать? – спросил Долбушин. Голос его чуть дрогнул.
– Возьмите его в руку! Видите, Коре он не вредит, но Коря не враг… Или садитесь в самолет… Я бы на вашем месте выбрал второе.
Рина была убеждена, что отец так и поступит. Но Долбушин вдруг, мгновение помедлив, протянул руку, схватил застывший кусок слизи и решительно, словно желая раздавить, сжал его. Розовая соль вспыхнула, окрасилась, стала терять форму, обволакивая ладонь Долбушина как раскисшая медуза.
– Ага! – торжествующе воскликнул Коря, но тут слизь вдруг прекратила распространяться и медленно поползла назад в камень. Кусок соли, твердея, еще раз вспыхнул.
Долбушин, слегка побледневший, протянул камень Боброку. Тот посмотрел на него, поморщился и заложил руки за спину.
– Коря, забери! – приказал он. – Надо же! Эта слизь или вообще не реагирует, или сжирает человека целиком! А тут вдруг вскипела и… втянулась обратно! Ладно, поедете с нами!
Автобус тронулся, медленно выруливая с аэродрома. Дорога была узкой, явно случайной здесь – так, асфальтовый шрам на теле природы. По обочинам паслись тучные косматые лошадки.
– Уф, господа! Хорошо как здесь! Теперь главное – чтобы ведьмари не узнали, где мы! – важно произнес Даня.
Боброк посмотрел на Даню долгим взглядом. Хотя любой взгляд, которым посмотрели бы на Даню, невольно оказался бы долгим из-за протяженности самого Дани.