Дверь на двушку — читать онлайн бесплатно полностью

Ржавчина с его голоса стиралась, но все же речь звучала с некоторыми затруднениями. Рине это нравилось. Любой профессиональный оратор похож на паучка. Бегает туда-сюда и плетет паутину словес. А сам ни во что не верит или, если верит, готов сам себя опровергнуть десятью разными способами. Сухан же говорил, чтобы донести волновавшую его мысль.

Боброк слушал опустив голову. Он помнил то время. На долгие месяцы юноша-шныр стал проклятием трех фортов. Он всегда мог подкрасться незаметно. Лишь однажды он переоценил свои возможности, и одной боевой ведьме удалось задеть его смазывающим реальность заклинанием… Вот он – шрам и выцветшая бровь! Кажется, будто художник неудачно пролил на акварель воду, а после губкой провел по четкому контуру.

То ли оттого, что он был полон ненависти, то ли из-за взятой закладки, нырять Сухану становилось все тяжелее. Вскоре даже у Первой гряды он ощущал себя как в парилке. Дышит, вытирает пот… сделает пару ударов саперкой, отваливая пласты земли, и снова дышит… И так пока, окончательно сдавшись, не перевалится животом через седло и не вернется в наш мир с пустой сумкой и злобой на берсерков.

Хоть на что-то я еще годен! Ну, где вы там? Подстерегаете меня, надеюсь?

Можно ли предположить, что случайности все же существуют? Например, если сейчас я возьму кисть и ведро с краской, пойду по улице и буду мазать всех прохожих подряд, то означает ли это, что все люди, которых я испачкал, были к этому предназначены? Их что, специально собрали для этого вместе?

Но как же Сухан ненавидел в те дни ведьм и берсерков! Сильнее, чем собака – сама почти волк – ненавидит настоящих волков.

И что-то сложное есть в этой ненависти, что-то противоречивое. Что ж… Металл, конечно, твердая вещь, но, плавясь, и он меняет форму. Так незаметно переплавился и сам Сухан.

– Да, крови ты им тогда попортил немало… – усмехнулся Боброк. – Признаться, я много о тебе думал. С тобой была связана тайна. Когда человек что-то очень сильно ненавидит – стоит приглядеться, почему он это делает.

Не исключено, что это зона борьбы, зона воспаления.

– Я не уходил из ШНыра еще долго! Моя пчела до сих пор жива! – неохотно произнес Сухан, но пчелу не показал. Она еще ползала, но выглядела скверно. Маленькая, потемневшая, легкая как мумия.

И Сухан стал рассказывать о своих последних месяцах в ШНыре. Он устраивал засады, разносил отсекающие закладки, мгновенно наносил удар и мгновенно исчезал. За его голову была назначена награда.