Здесь останутся только те, кто действительно хочет добиться результата. Или никто не останется. Мне всё равно. То, что все в форме — это хорошо, но то, что нет ковра — плохо. Это нужно решить. Звать меня Виталий Тимурович. Всё. Начинаем. Становись.
Все выстраиваются в кривую шеренгу. Все — это я, Трыня, Физрук, Ширяй и его дружбан, названный мной червём. Гоп-компания.
— Начинаем с разминки. Напра-во. Бегом арш! — командует Скачков.
Сразу видно, человек военный. Бег, бег спиной вперёд, кувырки, хождение на руках и всё такое прочее. Поскольку все здесь новички работа начинается с изучения основных понятий и простейших приёмов. Показывает он их на мне, а остальные повторяют, разбившись на пары.
— Ну не знаю, — заявляет Скачков в конце тренировки. — Может чего из вас и получится. Это время покажет. Чтобы получилось, нужно выбросить из головы всю дурь, надежды и фантазии, и начинать пахать до кровавого пота. По-другому никак. Так что если кто-то сомневается, значит это точно не для вас. Всё. На сегодня закончили.
Он уходит, а мы с парнями ещё некоторое время остаёмся в зале и делимся впечатлениями. Все взбудоражены и полны оптимизма, даже физрук поддаётся общему настроению и фантазирует, каким он будет крутым самбистом. Ну что же, поживём — увидим. Мне боевые соратники не помешают. Пора сколачивать собственную банду. Олимпийский резерв.
Распрощавшись со всеми, я иду в бар. Ну куда же ещё. Официально Олимпиада стартует только завтра, но сегодня уже будет игра. Наши раскатают японцев со счётом 16:0. Я ставлю полтинник на 15:0, а Лида должна была поставить десятку на 5:0.
— Ну что, какой пул? — спрашиваю я у Кахи.
— Меньше трёхсот рублей на сегодняшнюю игру. Чё-то мало.
— Ничего. Просто сегодня матч неинтересный. Никакого азарта. Ещё войдут во вкус. На игры фаворитов ставки принимаете?
— Вот вы даёте. Обязательно принимайте на Чехословакию, Канаду, США, Финляндию и Швецию.
— Тоже на счёт? — спрашивает он.
Ну хорошо, хоть спрашивает.
— Можно и на счёт, но там больше будут ставить на победу.
Из зала доносятся звуки разбившейся посуды и громкие голоса.
— Да, — соглашается Каха, — на победу, на ничью, на проигрыш.
Я киваю и, привлечённый шумом, выглядываю из-за ширмы. И оттого, что я вижу груди вспыхивает огонь и начинает раскручиваться маховик ярости.
— Ты, сука, нах! — склонившись над Лидой практически кричит Рыжий. — Ты кому это сказала, на?! Да я тебя сейчас в рот…
Не дожидаясь развязки, я выскакиваю из-за ширмы и направляюсь к ним.
19.