Бывший любимый мужчина находит героиню и их дочь спустя год разлуки. Он грозит забрать ребенка, но женщина отказывается признавать его отцовство. Между ними разворачивается напряженный конфликт, в котором на кону стоит будущее маленькой Евы и судьба их отношений.
Сделай это, крошка Ру, иначе в тюрьму попадет именно он…»
Страх поплыл по крови острыми льдинками. И я поддалась на провокацию. Совершив непоправимое. Дрожащей рукой я достала телефон и поставила его на стол, закрепив так, чтобы он не привлекал внимания. И нажал на кнопку включения камеры…
«Я сделаю это, Дэм… Уже не ради нас. А ради того, чтобы ты остался на свободе. Пускай, и без меня…»
Хладнокровно сдвинув стул так, чтобы полностью попадать в объектив камеры, я негромко окрикнула:
— Лекс иди сюда… — В голове моей крутились кадры из будущего видео, как обрывки старой пленки. Все ненужное — вырежется. Сейчас надо расслабиться самой. Отвлечь его внимание. Не выдать свою нервозность. Искусить, завлечь, заманить в ловушку… Подвести под мигающий красный глаз камеры. И сделать то, о чем я пожалею через некоторые время. Не просто пожалею, а возненавижу себя за это. Люто, неистово.
— Будешь? — Лекс рывком выдвинул стул и сел на него наоборот, упираясь подбородком в деревянную спинку. Его зеленые кошачьи глаза следили за мной неотрывно. Настороженно.
— Коньяк? Фи, гадость. — Он медленно прикоснулся губами к краю бокала, делая небольшой глоток. И тут у меня сорвало крышу. Я потянулась к бокалу, забирая его у Лекса. Покачала его в руке, взглянув на плещущуюся в нем янтарную жидкость на свет. И, смело выдохнув, сделала глоток тоже, прикоснувшись губами к краю бокала четко в том месте, где только что были губы Лекса. Лекс нахмурился, но его глаза завлекающе потемнели. Он все понял…
— Отдай, тебе нельзя. — На этот раз он отобрал у меня бокал. Снова прикасаясь губами к бокалу, уже откровенно играя с ним. И наблюдая за мной. Я вспыхнула от стыда. Передо мной сидел уже не просто мальчишка. А молодой, сильный мужчина. Смелый, отчаянный, уверенный в себе. Прошедший не через одну войну. Этот Лекс стал для меня открытием… Я не узнавала в нем того милого парня, который кружил меня на выпускном, в отражении искрящегося золотистого напитка сквозь просвет бокала. Этот Лекс был чужим, но от этого не менее притягательным. Опасный хищник, играть с которым было категорически запрещено. Но я уже втянулась… Включилась в эту игру.
— Я что, маленькая? — Надулась я, и потянулась за бокалом. Но Лекс не отдал его мне. Отдернул руку и негромко, хрипло рассмеялся. У меня внутри поднялась волна жара при одном звуке его смеха.
