В черном платье и кожаных ботинках, женщина движется с уверенностью. Она словно выходит из другой жизни, где все было стильно и дорого. В этот вечер она пришла в лучшую одежду для ужина с другом. Открывая дверь, она не забывает о своем малыце Банди, угощении которого она бережно заботится, хотя и знает, что он будет немного одиноко без хозяйки....
Одинокое всхлипывание волной прокатывается по телу, лишая меня возможности говорить, но успокаивающее поглаживание приводит меня в чувство.
— Дальше, Таисия.
— Их было четверо… За рулём Тим — так его называл Фидель… Я совсем не помню лиц… Была в такой панике, что совершенно обезумела. Они сказали, что отвезут меня за город к какому-то Сержу, и там… — не могу заставить себя повторить ту гадкую фразу, поэтому приходится подбирать слова, — я должна буду делать… разное… А потом позвонил ты… И я им показала телефон… Уже совсем ни на что не надеялась, но они вдруг испугались… Потом Фидель сказал меня высадить.
Теперь, когда я рассказала всё, слёзы свободно хлещут из глаз. Скатываются по щекам, затекают за ворот пальто.
— Мне нужно было вызвать такси ко входу… И не нужно было останавливаться… Сразу нужно было побежать или позвать на помощь... Но я так испугалась… Совершенно ничего не соображала…
Говорить дальше у меня не получается, потому что рот утыкается в плечо Булата. Его ладонь крепко сжимает мои волосы, а хриплый голос заколачивает в меня порцию успокоения:
— Хватит… хватит, Таисия, слышишь? Ты умница, и всё сделала правильно.
"Я комкаю пальцами воротник его пальто, отчаянно желая вобрать в себя хотя бы часть его уверенности:
— Я могла рассказать тебе раньше… Могла тогда не вести себя с ним так…
— Слушай меня, — Булат говорит это очень строго. — Твоей вины нет ни в чём. Не ищи другим оправдания за свой счёт. Они того не стоят. Все они пожалеют.
41
Булат
— Погрейся немного, хорошо? Я выйду наружу пару звонков сделать.
Во взгляде Таисии на секунду мелькает умоляющий протест, но она, тем не менее, кивает:
— Да, конечно. Но ты можешь разговаривать здесь… Обещаю, что не буду мешать.
При ней я говорить не могу, потому выхожу из машины. Шею и лицо моментально обдает колючим порывом ветра, который, напротив, подогревает кипящую во мне ярость. Сколько она просидела в этом холоде до моего приезда? Не меньше сорока минут.
Я выбиваю сигарету из пачки, прикуриваю. Первым Камиль.
— Есть новости?
— Эрик ему позвонил, но тот не ответил. Сейчас пытается дозвониться до каких-то его друзей, но пока безрезультатно.
— За рулем был какой-то Тим. Тимур, Тимофей… Спроси его — может быть, знает. Собирались поехать за город к Сержу.
— Спрошу. — Пауза. — Все нормально?
Так Камиль уточняет, в порядке ли Таисия. Я машинально оборачиваюсь и смотрю в боковое окно, на нее.
