Обстоятельства как оружие против вас или как ваше оружие? Есть омега. Есть альфа. Есть собственные желания, а есть долг. На все дается пять лет. Одна лодка. Берем весла и договариваемся, в какую сторону грести.
— Ну и ладно, другой возьму, — Том ступил на диван и, перепрыгнув, помчал в комнату Далтона за вторым экземпляром. Марк кинулся следом.
«Далтон, ты кретин. Не приходи ко мне плакаться в старости.
С пожеланиями счастья,
Нил.»
Когда Томас спросил, что же на семилетие компании Блекворд дарил Марку, альфа вытянул из ящика блокнот в красивом переплете.
Понедельник оказался очень тяжелым рабочим днем. Во-первых, Филлипс продолжал болеть и гундосым голосом обещал быть в среду. Всем сразу стало понятно, что он будет не раньше следующей недели.
Ведь если дверь закрыта, значит, вас не ждут. Что здесь не ясно?
Местные новости как никогда были близки к истине.
— Большеглазого на месте не было, а кабинет Далтона был закрыт. И это в разгар рабочего дня! Вот это страсти!
— Олли слышал шорох и скрипы!
— Он что, подслушивал?! В приемной точно камер нет?
— У него всегда был острый слух.
— Такой острый, что он по десять раз переспрашивает меня о том, что было на совещании, хотя всегда сидит ближе всех. Конечно, совещание куда меньше возбуждает, чем чужие стоны.
— Так он и стоны слышал?
— Мне кажется, он вообще голоса слышит. Из параллельных миров.
Томас относился к этим разговорам с долей философии: делай-не делай, а говорить все равно будут. И, в конце концов, пока слухи не приносят ничего плохого, они остаются просто слухами.
Но вот с Марком все равно пришлось обсудить некоторые детали интимной жизни. Томас попросту оказался не готов к такому интенсивному графику. К счастью, Далтон все правильно понял:
— Обещаю быть внимательней и прислушиваться к потребностям моего маленького Оленя, — торжественно пообещал Марк, получив шутливый тычок в бок.
— В какой? — не понял Том.
— Сейчас!
Альфа резво взбежал по ступеням и быстро вернулся обратно, держа в руках свою любимую книгу об искусстве любви.
«Для детей старше восемнадцати», — добавил про себя Том. Что поделать, если детство у Далтона подзатянулось.
