Автор
Взгляды скользят по желтой штукатурке — руины словно живые, погруженные в мрак. Медленный шаг ищет за темнотой уцелевшие следы битвы. Каждый шаг поднимает облако пыли, словно второе свидетельство присутствия ранее здесь пришельцев. Время на мгновение замедляется, пока он решает, как противостоять внезапному нападению....
"
"После, в отместку, я не спал три ночи подряд. Глючило страшно. В школу таскался, как чертов зомби, на автопилоте, литрами глотал кофе и все свободное время тупил в Интернете. Но не ложился. Решил: раз он смог, значит, и я смогу.
Отомстил… Больше себе, чем ему. Потерял сознание на остановке, неудачно упал, башкой долбанулся…
Заодно понял, что не могу существовать без него.
Мы вообще многое понимали случайно…
Я не знаю, о чем он думает. Сплю, вижу картинки – и только. Зато он словно живет в моей голове.
Когда он спас меня, еще нерожденного, от смерти, то как бы взял мою жизнь в кредит. Теперь он должен расплачиваться – ими, Есми.
Каждую ночь возвращать долги.
Я живу, пока он платит. Он живет, пока он платит. Все чертовски запутано.
Так мы поняли, что не можем избавиться друг от друга.
Живу и не знаю, что он выкинет в очередной раз.
А что, если Игни убьет обычного человека? Случайного прохожего? Спящего на остановке бомжа? Студента после вечеринки? Девушку, спешащую домой от подруги?
Ты никогда от этого не отмоешься, Антон Князев. В жизни не докажешь, что невиновен. Пойдешь по статье за особую жестокость. Сядешь – и будешь сидеть. Если вообще сможешь жить дальше.
Хотя нет. Изложишь все вышесказанное – получишь шанс отделаться принудительным лечением.
Дурацкая шутка, понял.
Есть еще кое-что. О чем вообще лучше не размышлять, если не намерен лезть в петлю прямо сейчас.
Игни – неживой. До недавнего времени я не задумывался о том, что у него могут быть… э-э… потребности, свойственные обычным людям.
Проще говоря, что его может сорвать не на убийство, а на изнасилование.
Как оказалось, вполне. Правда, в тот единственный раз все произошло по взаимному согласию – что чувствовал при этом Антон Князев, разумеется, не волновало ни Игни, ни его случайную подружку, – но это новое знание о сущности «ночной души» оказалось для меня полной неожиданностью.
И вот тут меня передергивает по-настоящему.
Ирония в том, что выход Игни из-под моего контроля и правда был неизбежен. По причине, которую невозможно предугадать. Слишком изощренно. Слишком жестоко. Слишком… Больно, черт, да, именно так.
Эту причину назвала мне Наставник. Уберегла от беды нас обоих. Меня и Игни.
