Его карие глаза гипнотизируют, мне нечем дышать, но вот Артём целует, я задыхаюсь, жадно всхлипываю, цепляясь за его плечи.
Резко подбрасывает на руки, прижимая к стене, заставляя широко раздвинуть ноги. Хватаюсь за шею, а Шульгин резко входит в меня, насаживая на член, издав громкий стон, кусая мои губы.
И снова ни одного слова, как и за всю ночь. Ни одной пошлой или похабной шутки в мой адрес, я благодарна ему за молчание. Пусть это будет моя красивая иллюзия. Таким невероятным контрастом, бьющим по нервам, между утренним фистингом и минетом Громову, как пошлое порно, и Шульгиным с его красивой, на грани дозволенного, эротикой.
Проникновения глубокие, он без презерватива, ощущения острее. Он растягивает, заполняя меня собой полностью, приподнимая под ягодицы, легко насаживая.
— Только не кончай в меня, — почти не слышу свой хриплый голос, дыхание сбивается, толчки глубже до легкой боли, я царапаю его плечи.
— Как скажешь, птичка.
Больно засасывает губы, мнет ягодицы, прижимаюсь плотнее, сгорая в его руках, чувствуя, как слишком быстро, или мне так кажется, подкатывает оргазм. Напрягаюсь, ловлю его первые волны до покалывания кончиков пальцев. Мышцы сокращаются, начинаю задыхаться, внутри лопается огромный шар, обжигая, растекаясь по телу невероятным оргазмом.
Артём выходит из меня, смотрит вниз, на то, как член трется о мои набухшие половые губы и клитор, по телу идет разряд тока.
— Отпусти… отпусти меня… а-а-а-а-а… не могу.
Ноги касаются дна душевой, но совсем не держат, опускаюсь, сажусь, сведя бедра вместе. Меня всю еще колотит в оргазме, смотрю вверх, на то, как Артём, зажав член в кулаке, кончает, как сперма стекает по пальцам, а он стонет, не скрывая своих эмоций.
Это красиво. Реально красиво. Не думала, что буду восхищаться тем, как кончает мужчина.
Заставляет встать под горячие струи воды, убирает прилипшие к лицу волосы, скользит пальцами между ног, задевая такую чувствительную плоть.
Ну вот пришло время поговорить и все испортить. А он испортит, я чувствую.
— Может, не надо? Когда ты молчишь, ты почти ангел.
— Я серьезно. Давай ты сейчас выйдешь, оденешься и мы полетим домой, восемь часов не причиняя никому неудобства.
— Хм, забавная какая. Типа это ты воспользовалась мной, а сейчас без обязательств? Член вырос?
Шульгин уже не ласкает меня, а просто смотрит, в глазах зарождается гнев. Это мне сейчас забавно, как, оказывается, легко его задеть.
— Что ты, члены у вас с Громовым. Странно, что он не ломился в номер.
