В глубоком саванна-луночном рассвете, девушка ошеломленно уставилась на мужчины в его соблазнительной позе перед зеркалом. Его тело блестит от водяных брызг, выделяясь под аккомпанемент ритма воды и смеха вокруг. Он вызывающе приглашает ближе, а она не может скрыть своего вожделения....
Марго вздернула острый подбородок, развернулась на высоких каблуках и покинула раздевалку. Уйти-то она ушла, но вот осадок остался.
– Только не реветь, только не реветь. Так, Яна, возьми себя в руки.
Нехитрая карма помогала держаться, Яна высушила волосы, переоделась. Хотелось скорее уйти отсюда, не оборачиваясь, с гордо поднятой головой, не
проронив ни одной слезинки обиды. А уж дома она даст волю эмоциям, там ее территория, там она может быть ранимой. Позовет Рябинкину, накатит коньячка, скажет, что все мужики козлы, какими бы сексуальными козлами они ни были, сути их козлиности сексуальность не меняет.
Поправив толстовку и закинув спортивную сумку на плечо, она без неожиданных встреч прошагала к выходу. Ни худосочная сука Марго, ни Стас, ни, прости его душу грешную, Грек, на пути не встретились. На улице уже было темно, прохладный и свежий май будоражил обоняние всевозможными запахами цветов и трав. Это должно было радовать, но не радовало. Скорей бы отпуск, думала Яна, уедет далеко.
Почему слова Марго она восприняла так близко к сердцу? Ведь настраивала себя все эти дни, что эта связь – как незабываемое приключение. Да и как вообще такой, ой, простите, такие мужчины, как Макс и Стас могут всерьез воспринимать ее как желанную женщину? А если это на самом деле некая игра или, того хуже, пари. Что еще делать богатым мужикам? Играть такими наивными закомплексованными женщинами, как она.
Ладно, Грек, он взрывной, импульсивный, он берет, что хочет и когда хочет.
Где-то на дне сумки вибрировал телефон, но было не до него, мысли бежали наперегонки, обгоняя, подсекая, перепрыгивая друг через друга. На остановочном комплексе нашлось свободное такси, до дома отчего-то ехали долго. Впереди была большая авария, которую все никак не могли объехать.
Господи, какая же она дура, думала Яна, беспросветная дура с высшим образованием.
Наконец добрались до дома, как раз в самый пик истерики, Яна уже и не пыталась остановить слезы.
