В глубоком саванна-луночном рассвете, девушка ошеломленно уставилась на мужчины в его соблазнительной позе перед зеркалом. Его тело блестит от водяных брызг, выделяясь под аккомпанемент ритма воды и смеха вокруг. Он вызывающе приглашает ближе, а она не может скрыть своего вожделения....
– Она сказала, чтобы я держалась от тебя подальше, потому что ты – ее мужчина. А то, что ты уделяешь мне внимание, это всего лишь из жалости, в качестве благотворительности, мол, любишь ты иногда так делать. Ну, и чтобы я не лила потом слезы, она ведь предупреждала.
– И ты ей поверила? – одновременно удивленный и вопросительный взгляд.
– Максим, вот давай не будем. Теперь уже не имеет никакого значения, поверила я или нет. Одна часть меня, это разумная взрослая женщина, конечно, не восприняла сказанное серьезно.
– Выключи училку, я и так все понимаю, без разжевывания. А вторая часть?"
"–Что?
– Одна часть тебя понимает, а вторая?
– А вторая, там сложнее. Слова из «жалости» и «благотворительность» очень резанули по нервам. Я склонна в это верить, посмотри на себя и меня.
Они давно уже приехали, стояли на все той же парковке университета, дождь поливал, не останавливаясь.
– Куколка, ты такая сексуальная, когда злишься. Я как вспомню, как ты захлопнула дверь перед моим стояком, так яйца ломит.
– Зачем тебе был нужен мой ответ, если ты опять озабочен только своей эрекцией?
– О, вот опять начинается. Только не кусай больше губы, а то трахну твой сладкий ротик прямо тут, под окнами деканата.
– Макс! Я тебе, можно сказать, душу выворачиваю, а ты все свои пошлые грязные намеки и шуточки сыпешь!
Яна чувствовала, что нервы натягиваются, как струны, что этот невыносимый мужчина выводит ее из себя, заводит в пол-оборота. Точно так же хорошо у него получается возбуждать ее и доводить до оргазма. Что за дьявол!
– Потрогай, как стоит! Янка, не могу, хоть орехи коли, – он хватает ее ладонь и прикладывает к ширинке, где твердым колом стоит член.
– Может, Марго подставит свой орешек? – ну, не могла она не съязвить.
– Сучка какая!
Одно резкое движение, и в губы девушки впиваются страстным поцелуем, болезненно сжимая волосы на затылке. Она отвечает тем же, царапая мощную шею, сминая воротник идеально отглаженной рубашки. Языки насилуют рты друг друга, губы искусаны почти в кровь. На платье развязывают завязки, распахивая его по сторонам, кружево белья спускают вниз.
Руки жадно мнут грудь, губы накрывают соски.
