В холодном осеннем душевом боксе Игоря встречаются страстная жертва и ее спаситель. Его грубые прикосновения пробуждают беспомощный страх и желание остаться с незнакомцем. Опустошенные слезы, но в то же время четкая ясность действий — Крис пытается остановить трагедию, даже когда уверенность исчезает под напором страха....
Похоже, «Двойная взлётная 2» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
А сейчас впереди так отчетливо маячит камера и неплохой срок, если нужные люди не помогут. Можно податься в бега, но это паршивый вариант, сдохну там точно.
Мы с Громовым — «сладкая парочка», о которой мечтают все службы: бывший военный-наемник и аферист-наркоман. Жизнь, сука, удалась. В ней лишь одно радует — это моя птичка.
Голова раскалывается, на душе погано. Недавний разговор с Громовым оказался тяжелым, а его удар еще сильнее, тру левую скулу, этот черт, мог и челюсть проломить.
— Я чего-то, Тёма, не понял, ты к чему клонишь?
— К тому, что все слишком серьезно и опасно, в первую очередь для Кристины, если нас двоих закроют, девочка растеряется.
— И ты предлагаешь себя в добровольные жертвы? Ты, сука, совсем охуел? Шульгин, ты что, так быстро сложишь лапки и ляжешь на спинку? Считаешь, я об этом же не думал, а тебе позволю это сделать? Скажу, мол, да, друг, конечно, иди, вот тебе карамельки россыпью и сигареты, место себе купишь не у параши.
— Да при чём тут, сука, это? Ты, блядь, совсем ни хуя не понимаешь?
Сорвался на крик, резко встал, уронив бокал с виски на стол, в номере отеля был полумрак, так и сидели, вдвоем допивая вторую бутылку, уже половину ночи. Из клиники выгнали сразу, докторша долго церемониться не стала.
— Тёма, не гони, вот реально перестань. Если надо, решим вопросы иначе, ты знаешь, я это умею.
— Я знаю, но она — нет.
Громов замолчал, сжал кулаки, повел подбородком, да, это было самое стремное, когда твоя женщина узнает, что ты не принц из сказки, которым так хочешь для нее быть, а убийца.
— Это не меняет и не изменит моего к ней отношения. Она умная девочка, все поймет.
Прошелся по номеру, ища сигареты, закурил, смотря из открытого окна на огни улицы. Сейчас я не мог принять ни одного правильного решения, все, о чем бы я ни думал, что бы ни просчитывал и ни планировал, кончалось хреново.
Но самое поганое, ко всему этому примешана ревность и обреченность.
— Немец сделает все, что в его силах у него связи, не думаю, что он так просто вышел из бизнеса, а если даже и так, к нему прислушиваются. Якут донимает, все ему и его боссам кажется мало, суки, достали уже.
