В зале все замолкли на мгновение от ужаса и гнева, когда Вячеслав истерически крикнул на всех собравшихся. Он так горько плакал и так ужасно кусал зубы от злобы, что казалось воздух застыл в замешательном молчании. Именно тогда дочь Вячеслава выскользнула из тени отца, смотря на кровавую бойню с холодным спокойствием. Атмосфера гнева и ненависти окутывала пространство, придавая всему происходящему дополнительный смысл и значимость....
— Потом по другим делам.
— Думаете, их уже отпустили? — вдруг подал голос Витас.
— Надеюсь, ещё нет.
Дорога тянулась медленно. Лампа всё время молчал, уставившись в окно невидящим взглядом.
— Что случилось? — пнул его ногой.
— А? — встрепенулся пацан. — Ничего… Ай! — дёрнулся он, получив ещё пинок. — Да не получается у меня заларак сделать. Боров дал несколько слабых артефактов, а запитать их от зелья не выходит. Если бы смог, у вас было бы оружие. Тогда и вы бы не пострадали, и Жора тоже.
— Лампа, — Ольга повернулась к нему всем телом, её голос стал мягким.
— Я должен! — рыжий вскинул голову, в его зелёных глазах полыхнул огонь. — Должен…
— Успокойся, — произнёс я спокойным тоном. — Всё получится. И ты ни в чём не виноват.
Вот только мои слова отскочили от Лампы, как горох от стены. Паренёк продолжал терзаться, словно нашкодивший щенок. А я невольно улыбнулся: приятно видеть, как твои люди болеют за род душой.
Машина остановилась, колёса скрипнули по гравию. Ольга неохотно приподнялась, будто приклеилась своей задницей к моему паху. Усадил её на своё место и выбрался наружу. Девушка слегка облизнула губы и отвернулась к окну.
Здание Службы безопасности империи возвышалось серой громадой — три этажа кирпича с белыми колоннами у входа. На площадке перед ним теснились чёрные машины. Десятка два, наверное, и ещё грузовики. Люди в форме сновали между автомобилями, словно муравьи.
У входа застыли несколько служивых, у всех оружие наготове, руки лежали на кобурах. Это нападение на мой особняк тут такой переполох вызвало или у них всегда так? Начал подниматься по лестнице ко входу. На меня пару раз бросили заинтересованные взгляды.
Краем глаза заметил знакомый кортеж ставленника императора. Рядом маячил лысый Серёжа, приветливо помахивая рукой. Урод!
Я подошёл к десятку бойцов, которые сторожили вход.
— Граф Магинский Павел Александрович.
— Ожидайте, — один из служивых тут же скользнул за дверь.
Что, даже документы не спросят? Уже знают в лицо? Плевать. Сейчас больше напрягало другое. Тварь Запашный наверняка поспособствует освобождению гостя из столицы, и тогда… Будет очень плохо. Кулаки сжались сами собой.
Через пару минут появился Горбачёв. Мундир помят, под глазами залегли тени, верхняя пуговица на рубашке расстёгнута.
