В зале все замолкли на мгновение от ужаса и гнева, когда Вячеслав истерически крикнул на всех собравшихся. Он так горько плакал и так ужасно кусал зубы от злобы, что казалось воздух застыл в замешательном молчании. Именно тогда дочь Вячеслава выскользнула из тени отца, смотря на кровавую бойню с холодным спокойствием. Атмосфера гнева и ненависти окутывала пространство, придавая всему происходящему дополнительный смысл и значимость....
— Давно у меня не было такой выгодной сделки, — Цветков потирал руки, как фокусник перед главным трюком. — Получу кучу зелий бесплатно… Ещё и за это заплатят! Да мне никто не поверит! Эталонка первого, второго рангов даром, — его голос звенел от возбуждения. — Да я в роду стану легендой. Обо мне будут говорить в каждом магазине нашей сети!
Лев Тихонович уже праздновал победу, хотя проверка ещё не завершилась. Последняя капля застыла на краю флакона.
— Третий ранг высшего качества в Енисейске? — он покачал головой.
Капля сорвалась. Тарелка не вспыхнула. Цветков замер на полуслове, его лицо застыло, как восковая маска. На губах так и осталась торжествующая улыбка. И?
Результат какой? Я же не знаю… Мой алхимик в отключке от волнения, а этот тянет паузу. Слова застряли у владельца магазина в горле, а моё сердце, кажется, вообще остановилось.
Глава 8
Тарелка вспыхнула зелёным, словно маленькое северное сияние.
— Поздравляю вас, Павел Александрович! — Лев Тихонович расплылся в улыбке. — Давно меня так…
Он замер на полуслове, окинув взглядом с ног до головы, словно прицениваясь к новому товару.
— … Не будоражили, — закончил мысль. — Какова цена за ваши зелья? Они действительно отменного качества, и я их отправлю в местечко получше, чем Енисейск.
— Э-э-э… — протянул я. — Это ещё не всё. Боров, тащи остальное. Витас, приведи в чувства нашего молодого сотрудника.
Вышли из магазина, и я выдохнул. Да уж, пощекотал себе нервишки. Следом из грузовика выпрыгнул Смирнов, его пиджак был испачкан в чём-то.
— Ну как? — спросил мужик, отряхиваясь.
— Что, отказался Цветков? — тут же вставила своё слово Ольга. — Как я и ожидала. Зря вы меня не послушали.
— У тебя трусики видно, — указал ей на платье.
Она тут же захлопнула рот и нырнула в машину, как испуганная птичка.
— Остаётся вопрос: за сколько мы можем продать эту партию? — повернулся я к отцу девушки.
Судя по лицу, у него в голове уже шли примерные подсчёты. Брови сошлись на переносице и разбегались в разные стороны, словно гусеницы. После минуты раздумий он произнёс:
— Первый ранг — где-то тысяч семьсот. Второй — около миллиона, и я думаю, что третий потянет на два.
