Автор
В дверях дома молчаливо стучится молодая женщина. Она звонит родителям за помощью, ведь ни друзей, ни знакомых не осталось после развода. Олигарх Двойняшки знает, как важно быть в курсе всех событий, и каждый вызов срочнее других.
Мы разливаем по красивым бокалам рубиновую жидкость, делаем первый глоток…
Через тридцать минут разговор становится более душевным, настроение лучше, страх и душевная слабость отходят ""на потом"".
— Юль, у тебя телефон разрывается, — Светка кивает на мой сотовый. Он лежит на подоконнике и нещадно жужжит.
— Плевать! — отмахиваюсь я. Мне хорошо! Не хочу выходить из столь прекрасного состояния.
— Может возьмёшь? — спрашивает, когда назойливый предмет в очередной раз начинает елозить по пластиковой поверхности.
— Ты на часы смотрела? — показываю подруге на время. — Полночь! Кому я нужна? — отмахиваюсь от нее. — Какая-нибудь реклама.
— Ну вот и подними трубку! — продолжает настаивать. — Дело минутное, — фыркает. — Начнут говорить, отправишь их в пешее эротическое и больше нам никто не станет мешать.
— Ладно, — соглашаюсь. — Уговорила!
Поворачиваюсь к окну, беру сотовый, смотрю на номер. Не знаком.
Да и пофиг! Светка права! Отправлю рекламщиков по всеми известному адресу! Нечего мешать нам болтать!
— Алло, — произношу в трубку.
— Юля? — удивленный вопрос на другом конце провода.
— Рафаэль?
3.1
Рафаэль
— Здравствуй, детка.
Сижу на балконе, грею в руке глиняную кружку с вином дяди Васи. Спать ни черта не получается! Расслабленный мозг отдал все в руки желаниям. И первое, чего мне хочется, это услышать свою женщину, даже если она считает иначе.
— Какого тебе нужно?! — грубая и, кажется, тоже нетрезвая.
— Ты по-прежнему совсем не умеешь пить, — улыбаюсь, запрокинув голову к небу.
Мои фантазии рисуют ее совершенно домашней, теплой, растрепанной. Щечки наверняка розовые от повышенного градуса в крови, глаза блестят от злости на меня. Пусть покричит, я сожру молча, а когда она перестанет кипеть, станет возможен более конструктивный диалог.
Но Юлька не кричит. Видимо нормально она в себя влила чего-то крепкого. Только тяжело дышит в трубку.
— Юль, я приеду сейчас, — принимаю решение.
— Куда?! — через шок от моего звонка начинают прорываться яркие эмоции.
— К тебе.
— Только попробуй, Раф! Тебе здесь нечего делать! Вали к своей жене!
— Ммм… Да ты ревнуешь, детка? — дразню ее.
— Ревнуют своих, Рафаэль. А ты давно стал для меня чужим, — бьет под дых своими слова. Морщусь и ищу по карманам сигареты.
Пить больше не хочется. Оставляю кружку на раскладном столике, закуриваю, пару раз чиркнув зажигалкой.
Чего же ты трубку не бросаешь, детка, если я чужой? Значит что-то осталось.
