Автор
В мирной советской России 1960-х, где личности хуже пепла, прячутся только тогда, когда это опасно. Когда секретный агент обнаруживает, что его новый кодовое имя — "укать", он начинает думать, что мир и в самом деле окончательно проиграл. Но каким-то образом приходит заказ на убийство к самому Никите Хрущеву. Теперь он не просто должен скрыться от шпионов: теперь его жизнь — это двойное сердце агента, где каждый шаг может быть смертельным....
Человек прошелся по залу и сел рядом."
"– Вы уже прочитали книгу? – тихо спросил он.
– Как видите, еще листаю…
– Я про другую, – ухмыльнулся человек. – Про руководящую и направляющую роль партии.
– Да… – еле слышно ответил «объект». – Но мне бы не хотелось впредь получать посылки на мой домашний адрес.
– Вы сами настаивали получить документы как можно быстрее. К сожалению, сейчас у меня нет возможности встречаться с нашими друзьями, поэтому им пришлось воспользоваться почтой. Но теперь мы можем считать, что ваше главное условие для плодотворного сотрудничества с нами выполнено.
«Объект» немного помолчал и, решившись, начал говорить:
– В связи с последней аварией следующий старт состоится не раньше августа.
– Точнее?
– Точнее пока не известно. Я сообщу, как буду знать, – «объект» огляделся по сторонам и продолжил: – Приходится быть осторожнее, поскольку возникли некоторые проблемы…
– Проблемы? – настороженно переспросил человек.
– У меня есть один знакомый. Антиквар. Человек весьма состоятельный и известный в узких кругах города.
– А что за человек?
– Он не представился. Но по описанию – очень странный. Сыпет английскими словечками, а на вид – уголовник. Я боюсь, что…
– Ладно, не нервничайте! – остановил его человек.
* * *На улице темнело. В маленькое оконце «сторожки» Шатуна заглянул последний лучик солнца. Пристроившись на кожаном диване, Олейников вполглаза наблюдал, как за круглым столом, покрытым расписной скатертью, Потный и Кузя играли в карты. Сам Шатун дремал в кресле перед телевизором, на экране которого бодрый диктор докладывал о количестве тонн сваренного чугуна в стране.
Кузя побил карту Потного, довольно заржал и сгреб лежавшие на кону деньги к себе.
– Все… – вздохнул Потный, – у меня бабло кончилось.
– Ноу мани? – съехидничал Кузя и, повернувшись к Олейникову, спросил: – Может, ты судьбу испытаешь?
– Ты ж на верняк играешь, – отозвался Олейников.
– Кто на верняк? Я на верняк? – возмутился Кузя.
– Скатерку подними… – сказал Олейников и подмигнул Потному.
