Автор
В мирной советской России 1960-х, где личности хуже пепла, прячутся только тогда, когда это опасно. Когда секретный агент обнаруживает, что его новый кодовое имя — "укать", он начинает думать, что мир и в самом деле окончательно проиграл. Но каким-то образом приходит заказ на убийство к самому Никите Хрущеву. Теперь он не просто должен скрыться от шпионов: теперь его жизнь — это двойное сердце агента, где каждый шаг может быть смертельным....
Потный вскочил, бросился к Кузе и отогнул край скатерти рядом с ним: на столе лежали сброшенные Кузей карты.
– Сука! – заорал Потный, вцепляясь в Кузю. – Я тебе что – бобер, что ли?
Защищаясь, Кузя схватил со стола вилку и попытался ткнуть в глаз Потного, тот отпрянул и потянул за собой и Кузю, и скатерть. Вся посуда со стола с диким грохотом и звоном полетела на пол. Шатун проснулся, медленно повернул голову и с любопытством посмотрел на катающихся по полу бандитов.
– Ажиотаж сняли! – грозно приказал им Шатун.
Кузя и Потный замерли.
В этот момент дверь сторожки распахнулась, и на лестнице показался Слива.
– Все ништяк: арба – под окнами, околеванец доставлен, – сообщил он и, увидев лежащих в объятиях друг друга Кузю и Потного, спросил: – А че за кипеж?
– Олимпийский резерв готовим по вольной борьбе, – пояснил Олейников и, наклонившись к картежникам, сказал: – Вы что, не слышали, что пахан молвил?
Потный ослабил хватку, бандиты встали и, злобно поглядывая друг на друга, разошлись в разные стороны.
Шатун подошел к Олейникову, внимательно посмотрел ему в глаза и произнес:
– Я вот что решил: порядок в городе должен быть. А если кто без моего ведома чего-то там производит – это непорядок. Найдем мы цех, даже не плачь. И долю свою получишь.
– Спасибо, Семен Аркадьевич, – поблагодарил его Олейников.
– А за шо ему долю? – взъерепенился Кузя. – Ну задолбал дятла, откидон устроил – честь и хвала, но долю за что?
Шатун резко повернулся к Кузе.
– Хохоталку замажь! – осадил он его.
– Какое свидание? – удивился Олейников.
– Романтическое… при луне… – недобро улыбнулся Шатун и приказал: – Ну, давай – все до воздуху!
Олейников поднялся по лестнице и вышел.
Кузя, суетливо собирая рассыпанные по полу деньги, повернулся к Потному и прошептал:
– Слышь ты, баклан, чую, испорченного пассажира ты привел.
– Я привел, я и отвечу, – огрызнулся Потный.
За спиной у них возник Шатун, молча забрал у Кузи собранные деньги и сказал Потному:
– Насчет «отвечу» – это верно. Если что не так пойдет, смотри не киксни, как в подворотне…
Потный нервно сглотнул и закивал.
– И ты перо наготове держи, – сказал Шатун Кузе, – для страховки.
