Автор
В мирной советской России 1960-х, где личности хуже пепла, прячутся только тогда, когда это опасно. Когда секретный агент обнаруживает, что его новый кодовое имя — "укать", он начинает думать, что мир и в самом деле окончательно проиграл. Но каким-то образом приходит заказ на убийство к самому Никите Хрущеву. Теперь он не просто должен скрыться от шпионов: теперь его жизнь — это двойное сердце агента, где каждый шаг может быть смертельным....
– Подозреваешь, – насупился Цибуля. – Ты же меня сам спрашивал про марку эйтную и про увлекается ли этим Вась Василич?
– Ладно, дядя Коль, забудь ты пока про Вась Василича. Нам в Волжанск сейчас все равно дороги нет.
Они помолчали.
– Боюсь я за тебя, Петр, – тяжко вздохнул Цибуля.
– Бояться некогда, дядя Коля. Действовать надо. Пути другого нет – надо раньше, чем нас поймают, найти и шпиона, и предателя!
* * *Зорин решил действовать на свой страх и риск.
Над входом в отделение милиции уныло скулил на ветру тусклый фонарь.
Зорин сделал пару затяжек и, выбросив окурок в переполненную урну, распахнул дверь и уверенным шагом направился к окошку дежурного. Грохот его шагов по дощатому полу разбудил дремавшего лейтенанта милиции.
– Майор Зорин. Комитет государственной безопасности! – махнул удостоверением Зорин перед носом дежурного.
Лейтенант вскочил, застегивая верхнюю пуговицу на кителе.
– Срочно отправьте фототелеграфом во все отделы! – строго приказал Зорин, протягивая лейтенанту фотографии Олейникова и Цибули.
"– Товарищ майор, – вглядываясь в снимки, сказал дежурный, – так ведь час назад из вашего управления звонили – сказали: розыск по ним отменен…
Зорин нагнулся к лейтенанту и доверительно зашептал:
– Специально звонили. Чтобы сбить преступников с толку. А теперь снова объявили.
Потом выпрямился и грозно посмотрел на сбитого с толку дежурного:
– И не учите Комитет госбезопасности работать! Действуйте!
– Понял, товарищ майор, – залепетал тот, – извините… есть то есть!.
* * *Светало. Туман над рекой стал потихоньку рассеиваться.
Олейников подгреб к берегу и высадил Цибулю. Потом снял с уключины весло и, замахнувшись что есть силы, резким ударом пробил в днище брешь. Спрыгнув на землю, оттолкнул лодку подальше от берега.
– Ну, и куда мы теперь? Где шпиона-то ловить будем, коли в Волжанск дороги нет? – спросил Цибуля, наблюдая, как лодка погружается в воду.
– Есть, дядя Коль, такой прекрасный город – Днепровск. Давно хотел там побывать! – ответил Олейников.
– А чего их раздобывать? – усмехнулся Цибуля. – Я из дома прихватил, что в чемодане у тебя хранились.
* * *Ба-бах! Ба-бах! – эхом прогремели выстрелы над Завидовским охотхозяйством.
Огромный кабан-секач метнулся к кустам, но не успел – его настигла пуля, и он, перекувырнувшись через голову, рухнул на бок и захрипел.
Хрущев с Сидоровым опустили дымящиеся ружья.
К бившемуся в агонии кабану побежали егеря.
