Автор
В мирной советской России 1960-х, где личности хуже пепла, прячутся только тогда, когда это опасно. Когда секретный агент обнаруживает, что его новый кодовое имя — "укать", он начинает думать, что мир и в самом деле окончательно проиграл. Но каким-то образом приходит заказ на убийство к самому Никите Хрущеву. Теперь он не просто должен скрыться от шпионов: теперь его жизнь — это двойное сердце агента, где каждый шаг может быть смертельным....
А на следующее утро в кабинете заместителя начальника Второго главного управления КГБ СССР генерал-лейтенанта Плужникова Зорин узнал, как сорвал операцию советской контрразведки, долго и кропотливо следившей за атташе посольства США. У чекистов возникли подозрения, что основным местом работы атташе было не дипломатическое поприще, а Центральное разведывательное управление США. Требовались доказательства. Под видом инженера одного из оборонных НИИ сотруднику КГБ удалось выйти на инициативный контакт с двуликим дипломатом.
– Н-да, – похлопал по карманам генерал Плужников и поднял взгляд на вытянувшегося перед ним в струнку Зорина. – Куришь?
Зорин быстро вытащил из кармана пачку «Казбека» и протянул генералу. Плужников взял одну папиросу, размял ее пальцами и потянулся за спичками.
– Совсем забыл! Я ж бросил, – пробурчал генерал. – Прочитал в американском журнале: их ученые недавно установили, что курить – вредно. Второй месяц мучаюсь.
Плужников вздохнул и, прищурившись, посмотрел на Зорина:
– Ну и что прикажешь с тобой делать?
– Товарищ генерал! Я понимаю, что заслужил самое строгое наказание, и прошу скорее передать материалы моего дела в трибунал.
Генерал встал из-за массивного дубового стола, мягкой пружинистой походкой прошелся по кабинету и остановился около большого аквариума, в котором, переливаясь в лучах утреннего солнца, грациозно плавали разноцветные тропические рыбки. Плужников взял с подоконника круглую жестяную коробку из-под монпансье, аккуратно открыл ее и, зацепив щепотку сушеного мотыля, стал кормить рыбок.
– Твоего дела, говоришь?.
Генерал отряхнул руки, так же аккуратно закрыл коробочку и с сочувствием глянул на Зорина.
– Но у тебя теперь другая проблема. У тебя теперь нет работы.
– Товарищ генерал! Увольнение – слишком легкое наказание для меня."
"– Да никто тебя не увольнял! – улыбнулся Плужников.
