Автор
В лесной тени скользит авто по мокрому асфальту, а Елена вдыхает запах мягкой кожаной обивки и естественной сухости древесины — мир погружается во мрак. Кажется, она уснула, но сердце бешено колотится, когда внезапно рулем начинает водить неизвестная мужская фигура.
Это в Иркутске-то… Где даже вороны на лету замерзают…
Совершенный до кончиков пальцев немецкий аристократ смотрелся в холле гостиницы примерно как НЛО на фоне деревенского сруба.
Клаус…
Галстук, бриллиантовая булавка, идеально привлеченные волосы и… тепло и ласка в голубых глазах.
– Ты-ы… – вырвалось из моего пересохшего горла, и я, с трудом нащупав край комода за спиной, облокотилась на мебель.
Привычно поправив очки на переносице, он пожал плечами и проговорил, не сводя с меня глаз:
– Я же говорил, что найду тебя.
Наверное, это меня и добило.
В душе, подобно лесному пожару в жаркое лето, вспыхнула яркая, дикая злость.
С-с-сволочь!
Я умирала без него все это время! Медленно подыхала морально, на живую и без наркоза ампутируя кусок души с чувствами к нему. Загоняла себя до кровавого пота на тренировках только для того, чтобы вечером уснуть без сновидений и не видеть его! Не плакать утром, осознав, что мне в очередной раз привиделось.
И вот сейчас, когда стало немного, самую капельку легче и я поняла, что у меня получится жить без него дальше, он, как ни в чем ни бывало, появляется в моей жизни!
***
/Клаус/
Торопливо шагая по коридору гостиницы, я пытался унять сердцебиение и совершенно вредное, неуместное в данный момент волнение.
Я услышал ее голос раньше, чем увидел. Дверь в номер, указанный моими осведомителями, оказалась приоткрыта, и я замер в проеме, жадно впитывая в себя мельчайшие детали облика любимой женщины.
Она заканчивала разговор по телефону, ругаясь с кем-то.
– Славик, я сказала, что это моя квартира! И если я собираюсь вернуться через три дня, то ты должен объяснить это жильцам. Пусть выметаются.
Молчание, стук пальчиков по столешнице, и новая волна негодования:
– Я дала ключи твоей маме, чтобы она кормила рыбок, а не разрешала жить там каким-то твоим знакомым! Так! Послушай меня, в четверг там и духу ничьего быть не должно! Точка. Иначе вылетят с полицией.
Тишина. Звук ее шагов, громкий вздох и шипение:
– Мудак, блин.
И тут она заметила меня.
И без того большие глаза Лены резко увеличились, рука, поднятая вверх, так и замерла, второй рукой она начала шарить в поисках опоры. Нащупав край комода, прислонилась, но тут же вскочила, хмурясь и тыча в меня пальцем:
– Ты-ы…
Привычно поправив очки на переносице, пожал плечами и проговорил, не сводя с нее глаз:
– Я же говорил, что найду тебя.
***
/Клаус.
