Автор
В лесной тени скользит авто по мокрому асфальту, а Елена вдыхает запах мягкой кожаной обивки и естественной сухости древесины — мир погружается во мрак. Кажется, она уснула, но сердце бешено колотится, когда внезапно рулем начинает водить неизвестная мужская фигура.
Особенно сумма, которую она получит после рождению первенца. А вот о том, что этого первенца Ульрих делать не собирается, ей не сообщили. Она вообще была не в курсе его весьма необычной ориентации.
Уже после свадьбы Ульрих сообщил ей, что ему плевать, с кем она спит, лишь бы не беременела, иначе экспертиза быстро докажет, что ребенок не от него. Себе же в сексуальных удовольствиях он и вовсе не отказывал, уже несколько лет имея постоянного партнера. А вот Марлен томилась одна в большой квартире в престижном районе.
Меня это устраивало.
Оголодавшая женщина всегда отдавалась с особой страстью, я же умел и любил брать ее, как захочу. Тем более, позволяла она все.
У дверей квартиры Марлен я был ровно в оговоренное время. Она открыла мне, стоя в черном полупрозрачном халатике. Таком коротеньком, что простора для воображения просто не оставалось. Слегка прогнется – и тут же обнажится упругая попка.
– Проходи, – кивком приглашая внутрь и тут же закрывая за мной двери, произнесла она.
Я обернулся, внимательно оглядел ее еще раз с головы до ног.
Белокурая бестия с похотью в глазах. Она даже про Кельн спросила только ради вежливости, потому что губы уже призывно приоткрыты, а пальцы скользят по нижней кромке халатика.
Мой взгляд упал на туфли. Черные, на огромной платформе и с тонким каблуком.
Шайсе!
За такую обувь хотелось наказывать. Потому что теперь любые длинные каблуки ассоциировались у меня с извивающейся девчонкой на шесте.
– Подойди сюда, – игнорируя вопрос Марлен, потребовал я. Она сделала нетерпеливый шаг, и я тут же притянул девушку к себе, отдавая новый приказ на ухо. – У тебя есть десять секунд, чтобы я не передумал уезжать отсюда прямо сейчас!
В глазах Мадлен мелькнуло недоумение, но всего на мгновение. Она восприняла мою реплику игрой и с удовольствием в нее включилась.
Весьма проворно опустилась на колени. Прямо здесь, в коридоре. Преданно смотря мне в лицо и не отводя взгляда, расстегнула ремень, скрипнула молнией и немного приспустила брюки вниз вместе с трусами, в мгновение освобождая из плена тесного белья набухший член.
– Всегда поражалась его огромным размером и идеальной формой, – проворковала она.
– Пять секунд.
Ее язычок скользнул вокруг головки, а губки мягко обхватили и приняли ее всю в ротик.
– Три секунды.
