А я косилась на Клауса и внутренне обалдевала от того, как можно быть настолько… настолько сдержанным и закрытым?! Он может с каменным лицом говорить откровенные пошлости, а после вести себя, как ни в чем не бывало!
Недосягаемый для меня уровень самоконтроля.
Интересно, какие эмоции кипят под внешней невозмутимостью?..
Мы ехали. За окнами проносились поля и редкие леса, в машине царила тишина, не нарушаемая даже музыкой и, спустя какое-то время, я рискнула завести беседу:
– Зачем тебе очки?
Он чуть заметно вздрогнул и удивленно посмотрел на меня.
– Разве не очевидно? У меня плохое зрение.
– Мне казалось, что с твоими деньгами этот вопрос решается легко и просто. – Я повела плечами и неожиданно призналась: – Я сначала думала, что это просто декоративный элемент.
– Позерство? – понимающе хмыкнул Клаус.
– Верно.
– Ты не права. Просто у меня есть легкое предубеждение насчет лазерной коррекции, да и нарушения не настолько существенны. Вдобавок, я привык к очкам. Они уже непременный атрибут моего… комфорта.
Ну да, если не будет очков, то что же он станет демонстративно протирать? Но эту мысль я мудро оставила при себе!
– А зачем тебе столько? В доме одни лежали на каминной полке в гостинной, а вторые я видела на кухне.
Реально, даже для Клауса трое очков – это как-то перебор.
– Все просто, Лена. На всякий случай! Поэтому у меня есть те, что постоянно при себе, и еще двое в машине.
На этом наша увлекательная беседа свернулась.
Вновь полюбовавшись на пейзаж и не найдя там ничего интересного, я вернулась к разглядыванию водителя. На Клауса было приятно смотреть.
А еще я периодически залипала на его руки… Длинные музыкальные пальцы расслабленно лежали на руле, управляя машиной легкими точными движениями. Ни единого лишнего жеста…
Выходя из дома, немец закатал рукава рубашки и стали видны вены на запястьях, и их созерцание ввергало меня в подобие транса.
Я всегда любила мужские руки. Это очень сексуальная, красивая часть тела, на которую можно любоваться вечно. И я любовалась, нервно облизывая губы от того, как перекатываются мышцы под золотистой кожей.
Он непринужденно управлял машиной и так же легко дарил удовольствие женщине. И глядя на его пальцы, мне дико, просто невообразимо хотелось почувствовать их на своем теле.
Так, Лена, очнись! Приди в себя! Сколько ты с ним знакома? Всего ничего! А он первые дни только и делал, что гадости говорил! А теперь что изменилось? То, что у него на тебя стоит?
Логика основательно и сосредоточенно била ногами романтический настрой на пару с либидо. Руки им, видишь ли, нравятся!
Именно из-за своей погруженности в созерцание, я не сразу заметила, что мерседес сбрасывает скорость.