Автор
В глухом анклаве Карина чувствует странное недовольство в телефонном разговоре. Её отец что-то замышляет, и она сразу чувствует его присутствие рядом — возможно, с кем-то ещё. Опасная атмосфера заставляет девушку дрожать, но не мешает ей решиться на поездку в родной дом, где таит опасность и дьявольское сплетение семейных связей....
Шумно выдыхаю и только сейчас понимаю, что все это время, пока внедорожник проезжал расстояние от меня до Громова, я просто не дышала.
Марк открывает дверцу со стороны пассажирского сиденья и садится в салон. Автомобиль разворачивается в сторону города, а я некоторое время еще сижу в машине, тщетно борясь со слезами.
Мне ничего не хочется. Хочется сидеть на этом месте и рыдать до глубокой старости. Но я не могу, завтра придут Яннис с Менелаем, я должна выплатить им заработную плату. А еще съездить в поселок, пополнить запасы еды.
Вытираю локтем глаза, вцепляюсь в руль. Восстанавливаю в памяти все команды, которые отдавал Громов, когда я выезжала отсюда в прошлый раз.
Мотор ревет диким зверем, уверенно направляю пикап на груду камней. Давлю на педали, проговариваю вслух всю последовательность действий. И только когда вылетаю на дорогу равнодушно отмечаю, что ладони у меня даже не влажные. Ну может совсем чуть-чуть.
Глава 14
КаринаНа трассе еще держусь, а как только сворачиваю на дорогу, ведущую к заправке, совсем раскисаю.
Как на заказ, точно под стать настроению, набегают тучки и заряжает дождь. Мелкий, не проливной. Раньше я любила такой дождь, а сейчас мне все равно. И если бы солнце светило, тоже было бы все равно.
Ничего меня не радует. Порадовал бы звонок или сообщение, но мы с Марком договорились, что пока он не удостоверится в безопасности семьи, даже писать мне ничего не будет.
Дождь барабанит по крыше и стеклам, стеклоочистители мерно разгоняют струи воды, а я еду и думаю.
И не могу не думать о том, стала ли я близкой и родной для Марка. Незаменимой. А еще о том, насколько его хватит.
Для меня вопрос верности Марку вообще не стоит. С тех пор, как я в него влюбилась, других парней я просто не замечала. Они для меня перестали существовать. Теперь и подавно.
Эти две недели Марк провел фактически в изоляции. Он потерял брата, чудом сам избежал гибели, его семье угрожает опасность. Я была единственным звено, связывающим его с миром.
Но теперь все изменится. Марк вернется в свою старую жизнь, к старым привычкам, старым знакомствам. Мало того, теперь он станет единственным наследником состояния деда Бронского.
