История жизни простых одесситов в довоенное время, где переплетаются судьбы партизан, торговцев, евреев и православных. Произведение раскрывает подлинную атмосферу скрытого террора и повседневного страха в советском обществе, показывая, как обычные люди пытались выжить в условиях...
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Двор. Книга 1»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
История жизни простых одесситов в довоенное время, где переплетаются судьбы партизан, торговцев, евреев и православных. Произведение раскрывает подлинную атмосферу скрытого террора и повседневного страха в советском обществе, показывая, как обычные люди пытались выжить в условиях...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
История жизни простых одесситов в довоенное время, где переплетаются судьбы партизан, торговцев, евреев и православных. Произведение раскрывает подлинную атмосферу скрытого террора и повседневного страха в советском обществе, показывая, как обычные люди пытались выжить в условиях...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Одновременно надо пресекать на месте всякую панику и растерянность, виновные будут караться со всей строгостью по законам военного времени. Одесса, поскольку недалеко граница, объявляется на военном положении, вся полнота власти переходит в руки командования Красной Армии.
— А обком и облисполком? — спросил Граник.
Обком партии, сказал Иона Овсеич, а также облисполком, в лице своих руководителей, будут представлены в военных органах. Лично он, Дегтярь, получил указание вернуться в район для заготовки овощей на осенне-зимний период.
Иона Овсеич опять сделал паузу. Чеперуха воспользовался и выразил вслух общее мнение: это хороший признак, если ответственных руководителей в такое время могут посылать из города на заготовку овощей. Дегтярь не сказал ни да, ни нет, но обратил особое внимание, что в хлебных магазинах и бакалее кое-где искусственно создаются очереди за мучными изделиями и мылом, хотя никаких оснований нет. Кому это на руку, не требуется объяснений. Отсюда вывод: каждый, кто будет потворствовать — сознательно или бессознательно, не имеет значения, — будет квалифицироваться надлежащим образом.
Иосиф Котляр вспомнил, по опыту еще гражданской войны, как Одесса, которая имеет порт и недалеко границу, кишела шпионами. На тогдашней Екатерининской площади, теперь Карла Маркса, напротив памятника императрице Екатерине Второй, стоял дом, во дворе этого дома шпионам делали допрос. Кого следовало, тут же пускали в расход. Чтобы не тревожить население выстрелами, в подъезде заводили допотопный фордзон, он тарахтел и чихал на всю Одессу.
Насчет фордзона, сказал Дегтярь, нам сегодня неинтересно знать, а что касается бдительности, ее надо увеличить во сто, в тысячу крат: здесь чересчур быть не может — лучше десять раз ошибиться, чем один раз проворонить.
Дегтярь, как было намечено заранее, возвращался в район вечерним поездом. Граник посоветовал захватить с собой мешок пудов на шесть, чтобы товарищ Дегтярь, на обратном пути, мог привезти жене и соседям хорошую каротель, шафран прямо с дерева, кабачковые семечки и пару жирных кур, если будет еще место, куда положить.
Вечером в городе объявили светомаскировку: разрешалось зажигать только синие лампочки — с неба синего света не видно. У кого нет синих лампочек, должны закрывать окна ставнями и плотными занавесами, а щели затыкать ватой.
Мадам Малая, Степа Хомицкий, Иона Чеперуха и Дина Варгафтик проверили дом с улицы и со двора. У Граника отчетливо виднелась полоса под ставней; у доктора Ланды отдельной полосы не было, но сами занавесы были чересчур светлые.
