В глубоких улицах старого города дым без огня накрывало все вокруг, казалось, что каждый дом прячется за обёрткой тусклой завесы. Я вскрикнула и отстранилась — но было уже поздно. Мое скрипучее пальто не могло выдержать новое испытание, воткнувшись в грязь прямо как перчатка, покрытая мерзкими потеками. Ах ты... — пробормотала я, заметив что извозчик — мужичок средних лет с пропитанной внешностью — мне улыбнулся злорадно через плечо....
Когда Томас дошел до полицейского дознавателя, ворвавшегося к нам во время ужина, Велдон крякнул опять.
— Мальчишка чист, — добавил Томас. — Его использовали втемную. Сам он и понятия не имел, во что ввязывается. Напротив, действительно верил, что его отправили задержать очередного жестокого убийцу из высшего общества. Проклятый лорд Митчелл Ариес продолжает нам вредить даже после смерти. — На этом месте я встрепенулась, услышав знакомое имя. Затаила дыхание, внимая откровениям Томаса, который продолжал жаловаться приятелю: — Ты же знаешь, сколько слухов поползло по Бриастлю, когда вскрылась вся эта грязь.
— А кто его отправил к тебе? — буркнул Велдон. — Или не сумел просканировать его?
— Почему не сумел? — Томас пожал плечами. — Еще как сумел.
Велдон заинтересованно вскинул брови, явно желая услышать имя. Я тоже неосторожно подалась вперед. Стул душераздирающе заскрипел подо мной, и Томас, уже открывший было рот, одумался. Посмотрел на меня и криво ухмыльнулся, заметив, с каким жадным любопытством я ему внимаю.
— Потом, — с нажимом проговорил он другу и взглядом показал на меня.
Велдон не удержался от громкого разочарованного вздоха. Я тоже обиженно засопела. Ишь ты, не хочет в моем присутствии откровенничать.
Хотя кого я пытаюсь обмануть! И я, в свою очередь, негромко вздохнула. В действительности я очень хотела узнать, кто же натравил на Томаса полицию. Насколько я понимаю, он сам имеет к ней отношение. По всей видимости, из-за дурного характера успел обзавестись врагами и среди коллег.
— Следующий наш визит будет в дом лорда Роберта Гиля, — продолжил Томас. — Как ты знаешь, сегодня он дает званый вечер, посвященный своей старшей дочери, малышки Анабель.
— О, Анабель. — Велдон вдруг препротивно усмехнулся. — А это не та ли самая…
— Та самая, — опять прервал его на самом волнующем моменте Томас, не дав договорить. И опять покосился в мою сторону.
Интересно, мне показалось, или его щеки действительно окрасились слабым румянцем? В комнате было слишком темно, поэтому наверняка я это утверждать не могла. Но, по-моему, лорда Бейрила взволновало упоминание об Анабель.
