Наверное, Задиг переживал бы еще сильнее, если б надеялся увидеть легендарного человека во плоти, однако он отринул эту мысль как совершенно невозможную. Разумеется, Бонапарт — самый охраняемый узник на свете, и мечтать о встрече с ним просто глупо, но, как вскоре выяснилось, и прочие пассажиры тешили себя этой надеждой.
«Каффнеллс» считался грузовым кораблем, и потому другими его пассажирами были только четыре супружеских пары англичан. География корабля позволяла встречаться с ними редко: каюта наших путников была ближе к трюму, питались они вместе с серангами, тиндалами, силмагурами (парусными мастерами) и прочим младшим командным составом, а на главную палубу выходили только за тем, чтобы размять ноги. Англичане же обитали на полуюте, где квартировали офицеры, трапезничали за капитанским столом, а досуг проводили на квартердеке, доступном лишь по службе или особому приглашению.
Несмотря на эти барьеры, иногда пути пассажиров сходились на главной палубе, и тогда все вежливо раскланивались. Приветствия были вполне сердечны, однако держались путешественники несколько скованно, отмечая контрастность своих нарядов: одни в брюках, сюртуках и меховых накидках, другие в рубахах и пышных тюрбанах.
Хоть встречи эти случались нечасто, Бахрам и Задиг вообще-то знали, чем живут их попутчики: прогуливаясь под квартердеком, они порой слышали обрывки разговоров, которые велись наверху. А возле трапа, соединявшего палубы, имелась небольшая вентиляционная ниша, откуда было весьма удобно подслушать беседу на особо интересную тему.
После отхода из Кейптауна на квартердеке постоянно говорили о бывшем императоре.
— Вот уж не думал, что мне так захочется взглянуть на это воплощение подлинного кошмара…
— Желание увидеть этого монстра покажется странным, но, признаюсь, я просто сгораю от любопытства.
— Ничего удивительного, моя дорогая. Далеко не каждому выпадает возможность узреть чудище в его логове.
Примерно через неделю пути разговоры на квартердеке приняли иной оборот: англичане хотели уже не просто хоть мельком увидеть императора, но обсуждали способы, как проникнуть в его жилище.
— Полная дурь! — сказал Задиг категорично. — Разве что отрастят себе крылья и полетят птицами, иначе им Бонапарта не видать.
Через три недели плавания на горизонте замаячил скалистый массив — остров Святой Елены.
