Автор
Пользованы стихи Жака Превера: океан не помнит обид, подобно небу верит в свободу. Здесь ты увидишь волнующий пролог — я стоял на мокром песке с волной между ног, и чувствуешь себя чужим и одновременно родным в этом огромном мироздании. Только линия берега кажется слишком ровной и точкой отсчета во всем этом бескрайнем океане....
Но я не знаю, как нейтрализовать остальных членов экипажа.
– Пошли, – сказал дед.
– Куда?
– Ко мне в комнату. Позвоним Данилову. Он должен был прилететь вечером.
Глава 2
Когда дед снял трубку, я попросил в последний раз:
– Пожалуйста, не надо.
– Я понимаю, рано… – буркнул дед. – Четыре утра… эх… но Данилову не привыкать. Боевой летчик все-таки.
Из динамика доносились долгие гудки. Наверное, телефон отключен на ночь. Я порадовался этому, но дед меланхолично ткнул в клавиши. Тройка, семерка, ноль. Похоже, ему был известен код срочности, установленный на телефоне Данилова.
– Алло! – отозвался аппарат. Дед оставил динамик включенным, и я невольно слышал весь разговор. Голос Данилова был жестким и бодрым. Может, он не спал?
– Спасибо за рыбку, – сказал дед.
После секундной паузы Данилов отозвался:
– Рад, что понравилась…
– Забегай… как-нибудь.
Дед положил трубку. Улыбнулся мне.
– И для этого надо было будить Александра Олеговича среди ночи?
– Он приедет через полчаса-час, – объяснил дед.
Я заерзал на старом стуле, помнившем меня еще ребенком.
– Дед, ты и Президенту так можешь позвонить?
– Президенту не могу. Советнику по национальной безопасности – да. Но он нам не нужен. Должность меняет людей.
Конечно, я знал, что круг знакомых у деда огромен. Но что знакомства эти настолько тесные…
– А откуда ты Данилова знаешь?
– Я был в комиссии по обмену военнопленными, в девятом году. Александра хотели расстрелять, он сжег «Гетмана Мазепу», почти достроенный авианосец, на верфи Николаева, перед тем как получил ракету в двигатель.
Вот это да. В безумные времена крымского конфликта – джампом тогда еще и не пахло, и люди предпочитали ненавидеть соседей, а не Чужих, – мне было лет пять. Мало что помню с того возраста.
– Потом еще встречались, – меланхолично продолжал дед. – Вот когда мы священников отправляли хиксоидам. Данилов тогда не в «Трансаэро» был, в Роскосмосе. Курировал особо важные перевозки. И вот приехали в Звездный космонавты в рясах…
Про эту историю я слышал.
