— А как вы объясните полное обескровливание?
— Возможно, она страдала гемофилией.
— А если предположить, что не страдала?
— Тогда единственным объяснением может быть кровотечение под действием силы тяжести. Значит, она висела вверх ногами.
— Зафиксированная в этом положении ремешками или веревками с какими-то мягкими прокладками?
— Не исключено, — снова медленно произнес Мерриэм.
— Поверните ее, — попросил я.
— Я хочу увидеть вмятины и царапины, оставшиеся от контакта с гравием.
— В таком случае вы должны мне помочь, — сказал он, что я и сделал.
Человеческое тело — это машина, которая лечит сама себя, не тратя при этом времени даром. Когда кожа сдавлена, разорвана, разрезана, к месту повреждения немедленно устремляется кровь, и красные кровяные тельца образуют корку и связывающую фиброзную структуру для того, чтобы соединить края раны, а белые кровяные тельца отыскивают и разрушают проникшие в нее бактерии и патогенные микроорганизмы. Процесс начинается буквально сразу и продолжается по многу часов, а то и дней, необходимых на то, чтобы вернуть коже прежнюю целостность. Графически этот процесс, сопровождающийся воспалением, может быть выражен кривой нормального распределения, пик которой соответствует времени максимального кровотечения, образования и утолщения струпа и борьбы с инфекцией, достигающей в этот период наибольшей интенсивности.
Поясница Дженис Мэй Чапман была сплошь покрыта мелкими порезами, в таком же состоянии была кожа на ягодицах и верхних частях предплечий до локтей. Порезы были мелкие; они выглядели как тонкие иссечения, сделанные острым инструментом, и были окружены небольшими вмятинами на коже, которые из-за полного обескровливания тела выглядели бесцветными. Эти порезы, расположенные бессистемно и в разных направлениях, казалось, были нанесены какими-то свободно вращавшимися предметами одного вида и размера — маленькими и твердыми, не острыми, как бритвы, но и не совершенно тупыми.
Типичные царапины, оставленные гравием.
Посмотрев на Мерриэма, я спросил:
— Как давно, по-вашему, могли появиться эти телесные повреждения?
— Не представляю себе, — ответил он.
— Да что вы, доктор, — с упреком в голосе произнес я. — Вы ведь и раньше лечили порезы и царапины. Или нет? А кстати, кем вы были раньше? Психиатром?
— Я был педиатром, — ответил он. — И я понятия не имел о том, чем мне придется заниматься здесь. Абсолютно никакого понятия. Я не специалист в этой области медицины.
— У детей постоянно случаются порезы и царапины.
