Она казалась удивительно маленькой и хрупкой для солдата. Но потом я вспомнил ее значки снайпера. У нее их было больше, чем у меня.
– Вы познакомите меня с вашей мамой? – спросила она.
– Если хотите, – ответил я. – Но она очень больна.
– Дело не в сломанной ноге?
– Я поняла, что у вашей матери проблемы. Вы выглядели расстроенным с того момента, как вернулись из Франции.
– Это вас тревожило.
– Гораздо больше, чем я предполагал.
– Разве вы ее не любите?
– Конечно, люблю. Но никто не живет вечно. Такие вещи не должны быть неожиданностью.
– Мне не стоит идти с вами. Будет лучше, если вы придете к ней вдвоем с Джо.
– Ей нравится знакомиться с новыми людьми.
– Но она может плохо себя чувствовать.
– Посмотрим. Возможно, она захочет сходить куда-нибудь поесть.
– Тогда она не захочет встречаться с новыми людьми.
Мы немного посидели молча. Официант принес чек. Мы пересчитали наши наличные и заплатили поровну, оставив хорошие чаевые. На обратном пути в отель мы держались за руки. Это казалось естественным. Мы остались вдвоем в море неприятностей, какие-то из них были общими, а какие-то – личными. Швейцар в высокой шляпе открыл перед нами дверь и пожелал нам bonne nuit – доброй ночи. Мы поднялись наверх на лифте, стоя рядом, но не прикасаясь друг к другу. Когда мы вышли из лифта на нашем этаже, Саммер нужно было повернуть налево, а мне – направо. Возникла некоторая неловкость. Мы оба молчали. Я видел, что она хочет пойти со мной, а я дьявольски хотел пойти с ней. Я уже представил себе ее комнату. Желтые стены, аромат духов. Кровать. Я представил, как снимаю с нее новый свитер через голову. Расстегиваю молнию на новой юбке. И слышу шорох, с которым она падает на пол. Я пришел к выводу, что у юбки должна быть шелковая подкладка.
Я знал, что это будет неправильно. Но мы и так находились в самоволке. Мы и так были в полном дерьме. А этим мы могли принести друг другу утешение и радость, не говоря уже обо всем остальном.
– В какое время завтра утром? – спросила Саммер.
– Мне нужно встать рано, – ответил я. – Я должен быть в аэропорту в шесть.
– Я поеду с вами. За компанию.
– Мне это будет приятно.
Мы еще немного постояли.
– Придется встать в четыре, – сказала Саммер.
– Да, наверное, около четырех, – ответил я.
Мы продолжали стоять.
– Ну тогда спокойной ночи, – сказала она.
– Спокойной ночи, – ответил я.
Я повернул направо. Не стал оборачиваться. И услышал, как дверь ее номера открылась, а потом закрылась через секунду после моей.
