Теперь нужно было добраться до плавательной платформы. Где-то наверху раздались голоса, среди которых я явно услышала голос Алекса. Злой и громкий.
— Обыскать всю яхту! Найдите её немедленно!
Я рванула вперед, спотыкаясь на мокрой палубе, к платформе, пальцы соскальзывали с рейлингов. Топот бегущих ног слышался уже над головой. Выбежав на платформу, я, не останавливаясь ни на секунду, с разбега ласточкой ушла в воду.
Сильными гребками я разрезала воду, удаляясь от яхты всё дальше и дальше. Господи, мамочка, спасибо тебе, что заставляла меня ходить в бассейн до получения звания мастер спорта! Мышцы вспомнили каждое движение. Мощным брассом я за несколько минут добралась до берега и выскочила на песчаный пляж. Огляделась по сторонам. Слева от меня яркими огнями переливался «Эпикурион».
Необходимо было незаметно пробраться в номер, где, скорее всего, на ушах стояли мои подружайки, в радости и счастье обмывающие мою потерянную девственность. На разговоры с ними и рассказ о том, где я была и что делала, не было ни сил, ни желания.
Оставалось только одно. Сидеть в саду часов до двенадцати ночи, потом через служебное помещение попасть в отель и, воспользовавшись черной лестницей, подняться на тринадцатый, мать его, этаж. Проникнуть незаметно в номер, взять свою сумку, опять спуститься по черной лестнице, благо спускаться легче, вызвать такси и дуть в аэропорт! Лишь бы были ближайшие рейсы до Питера!
Пробежав по берегу, я оказалась в парковой зоне отеля. Знакомое окно так и осталось открытым, а платье так и висело сиротливо на задвижке. Вроде и не было ничего. Но сладко ноющие мышцы, о которых я даже и не подозревала, говорили обратное, было и ещё как. Я застонала и почувствовала его прикосновение к обнажённой коже шеи. Вздрогнула и обернулась. Никого. Зато мои глаза увидели лестницу! Небольшая складная лестница стояла возле хоз. помещения сразу за кустами гибискуса.
Не прошло и пяти минут, как я отряхивала колени, стоя в комнате, из которой чуть больше суток назад совершила эпичный побег из курятника, полностью перевернувший мою жизнь.
Провернув ключ, я открыла дверь и выглянула в коридор. Тишина, ни одной живой души. Отлично. Выскользнув из подсобки, я быстро пробежала по коридору, оставляя на ковре мокрые грязные следы.
Рядом со мной остановился служебный лифт. Двери открылись, и из него вышла усталая горничная, которая на меня не обратила никакого внимания.
