В теплом, застывшем душном офисе сквозь бетонную стены прорывается жара. Два мужчин одурманивают колой в попытке отогреться от знойного воздуха, пока холодильник словно пустует, не выпуская ни одной банки. Здесь каждый день воспринимается как вечность.
Мои аналитики запрогнозировали на следующий год много чего интересного, в том числе самый настоящий кризис неплатежей. В связи с этим, полагаю, требуется усилить финансирование моей службы.
— На сколько?
— Думаю, процентов на двадцать пять-тридцать.
— Пятнадцать процентов и можешь меня не благодарить.
— Понятно, — больше пятнадцати процентов ему и не требовалось, просто он знал, что Председатель обязательно уменьшит запрашиваемую сумму. Председатель тоже прекрасно знал, что тот обязательно запросит больше, чем ему надо…
— Значит, будешь наращиваться?
— Придется, иначе с делами не справимся.
— Тогда действуй. Как, кстати, кадровый вопрос решаешь?
— Стараемся.
— Помнишь, ты мне давеча рассказывал об одном интересном кандидате, этом, как его, «Джокере»?
— Не забыли?
— Как видишь… — Председатель любил иногда под настроение продемонстрировать подчиненным, что никогда и ничего не забывает.
— Работаем, думаю, что скоро по нему определимся.
…Машина тронулась. Специалист минуту-другую посидел с закрытыми глазами, откинувшись на сиденье, потом достал из нагрудного кармана телефон.
— Слушаю, Николай Валерьяныч.
— Здорово, тезка. Как дела?
— Трудимся, шеф.
— Как клиент?
— Развил кипучую деятельность. Думаю, в самое ближайшее время перейдет к активной фазе.
— Это хорошо, что к активной. Ты вот что, Коля, сними-ка с него наблюдение, прямо сейчас.
— Полностью?
— Да. До особого распоряжения.
Глава 27
— Давненько ты, Генрихович, на работу не заглядывал, — Босоногов допил пиво из бутылки и вытер ладонью рот.
— Если забыл, то полюбуйся, вот он я, — Парамонов достал из кармана пижонской замшевой куртки тонкий металлический портсигар и раскрыл его. — И хватит пиво трескать на работе.
Если бы Босоногову это сказал Дивотченко, то только что опорожненная бутылка полетела бы ему в голову. С Парамоновым дело обстояло иначе. Сам себе в этом не признаваясь, крутой мужчина Босс побаивался сидящего напротив невысокого щупловатого человека с тихим голосом и вкрадчивыми манерами.
— Как дела в арбитражном, Коля? — полюбопытствовал он.
— Неплохо, — ответил тот, раскуривая коричневую сигариллу.
