В теплом, застывшем душном офисе сквозь бетонную стены прорывается жара. Два мужчин одурманивают колой в попытке отогреться от знойного воздуха, пока холодильник словно пустует, не выпуская ни одной банки. Здесь каждый день воспринимается как вечность.
— Заводик в Лобне теперь на самом законном основании принадлежит нашему клиенту. Гонорар за работу уже перечислен, через три дня получим.
— Что так долго? — полюбопытствовал Дивотченко.
— Клиент запустил бабки по длинной цепочке от греха подальше, — улыбаясь, пояснил Парамонов, вероятно, по причине забывчивости не рассказав о том, что ближе к концу цепочки располагается одна, лично ему принадлежащая фирмочка, на счету которой осядет процентов тридцать от выплаченного клиентом. — А вы как тут без меня?
— А мы заказик приняли, — похвастался Босоногов, — небольшой, на двести штук всего.
— Зато налом, — добавил Дивотченко.
— Исполнителям полтинник и нам по столько же, — обрадовал компаньона Босоногов, честно глядя ему в глаза.
«Заказчика, небось, сотни на три ошкурили, крысята», — почти добродушно подумал тот. Сам он отцепил от компаньонов сумму, несравненно большую.
— Супер, — сказал он и снова улыбнулся. — Заказ-то сложный?
— Херня, — Босоногов сладко потянулся. — Два старых пердуна и два лоха.
— Ты уверен, что все так просто? — вдруг забеспокоился Парамонов."
"— Все нормально, Коля, — успокоил его Дивотченко. — Мои ребята за ними хорошенько походили. Ручаюсь, проблем не будет.
Глава 28
В этот день я развил такую бурную активность, как будто всерьез собрался побороться за переходящее красное, извините, бело-сине-красное знамя и почетное звание «Ударник капиталистического труда».
С утра успел заскочить на Академическую, набраться ума-разума у Юры. По дороге как следует проверился, слежки за собой не обнаружил и даже не ощутил.
В половине шестого я стоял у выхода из метро на Тульской в ожидании большого жизнелюба Парамонова Н. Г.
