Полковник Вадим Веклемишев, проходя через опасные обстоятельства, оказывается в центре событий, связанных с захватом самолета и потерей дочери Софии. Его приключения в Южной Америке оборачиваются схватками и неожиданными открытиями, где ему предстоит противостоять силам, преследующим его.
Действительно, что зря с раненым возиться?!
– Так вот, сейчас в Матувельо на площади у муниципалитета собралась толпа индейцев с оружием, чтобы организовать охоту на белого, убившего соплеменника, пользовавшегося среди них большим уважением, – небрежно сообщил «фермер». – Причем настроены они очень решительно…
Ход террористов был более чем замечательный. Чужими руками они решили натаскать из огня горячих угольков. Пристрелив Шошо, угонщики повесили его смерть на Веклемишева. Разъяренные жители Матувельо, прекрасно знающие окрестности городка и сельву, без труда загонят беглецов. Естественно, ни о каком правосудии, кроме суда Линча, речь идти не может. Но это касается только «серийного убийцы», бренд которого навесили Вадиму. А вот Софию, «важную сеньору», они пальцем не тронут, потому что женщина проходит как жертва похищения преступником. Ее преподнесут Дону на блюдечке с голубой каемочкой. Просто великолепный расклад!
– Для чего вы нам все это рассказываете? – вмешалась в разговор София. – Мы мирные путешественники…
– Из солидарности! – гордо выдал «фермер». – Эти ублюдки, еще раз простите, сеньора, за грубое слово, не стоят и пальца цивилизованного человека. Дикарям плевать, что вы мирные путешественники. Вы для них – белые! И чужаки! Попадетесь под горячую руку, и вам несдобровать.
– А откуда вам известно, что мы цивилизованные люди? – наморщила носик София. – Может, мы тоже дикари?
– Сеньора, вы меня обижаете! – широко улыбаясь, протянул «фермер» и покосился на запястье Софии, из-под рукава куртки на котором выглядывали крохотные часики. – Я еще в силах отличить бриллиант от стекляшки и штампованную баранью подделку от настоящей крокодильей кожи, – хитрый взгляд мужчины скользнул на сумочку женщины, висящую на ее боку. – Да и костюм вашего спутника куплен явно не на распродаже дешевых вещей, как и его туфли.
Похоже, термин «цивилизованный» этот человек несколько путал с понятием «состоятельный». А возможно, для него оба этих слова были равнозначны.
– А вас, сеньор, не страшит, что мы именно те, на кого жители Матувельо собираются организовать охоту? – уперся в «фермера» взглядом Веклемишев.
– Не боюсь, – покачал головой «фермер». – Если сеньора и проходит по приметам, то на разыскиваемую женщину совсем не похожа. Нет в глазах испуга и затравленности, да и коленочки не дрожат. Собственно, и вы на серийного убийцу не тянете.
– Это почему, – возмутился Веклемишев. – А вдруг?…
– Глаз у меня наметан, – хитро прищурился мужчина.